Книга Их жаркий ноябрь, страница 68 – Юлия Бузакина

Я с интересом верчу по сторонам головой.

Асфальт во дворе усыпан разноцветными листьями. Они уже успели подмерзнуть. Тонкие березки стоят совсем без листьев у каменного забора, с другой стороны три небольших голубых ели, в дальнем углу двора — навес и выложенный из камня добротный мангал. Деревянный стол, лавки.

— Сначала пойдем в дом, покажу тебе, что к чему, — вытаскивая из багажника пакеты с продуктами, зовет меня Костя.

Улыбаюсь. Он совсем не мрачный. Как будто вся его тяжесть растворилась. И мне такой Костя нравится намного больше, чем прежний.

…Уютный дом. Кухня-столовая разделена квадратной аркой. Спальня в другой стороне, за двойной дверью. Просторный холл, небольшая гостиная с камином. Настоящая дача. Без дикой роскоши, но все будто создано для того, чтобы можно было отдохнуть вдали от городской суеты. Развести огонь в камине, забраться с ногами на мягкий диванчик, укрыться пледом, взять с собой бокал вина и долго болтать, любуясь пламенем.

— А ты разведешь огонь в камине? — посматриваю на Константина.

— Нет, долго возиться. В доме есть отопление, — качает головой он. — Как-нибудь в другой раз. Сегодня у нас с тобой будут дела поинтереснее, чем огонь в камине.

А жаль, думаю я. Но в другой раз, так в другой раз. Хочется верить, что у нас с ним будет еще много вечеров в этом чудесном месте.

Спустя пятнадцать минут мы уже во дворе со всеми сопутствующими жарке мяса элементами. Костя быстро разводит огонь в каменном мангале. Пока угли горят слишком ярко, открывает бутылку сухого красного вина.

Наливает в бокал, протягивает мне. Обхватывает за талию, подсаживает на длинный стол и втирается бедрами между моих ног.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я улыбаюсь. Отпиваю глоток вина и ставлю бокал на стол. Обхватываю коленями его бедра и обнимаю за шею.

Он проводит шероховатыми подушечками пальцев по моей щеке. Губы впиваются в мой рот горячим поцелуем. Терзают, ласкают, язык дерзко врывается глубже, и я инстинктивно придвигаюсь к нему ближе. Чувствую животом его восставшее естество в джинсах, и от этого по коже бегут мурашки.

— Хочу тебя безумно, — шепчет в мои приоткрытые губы Костя. — В спальне, на шелковых простынях… Хочу видеть твои глаза, когда ты будешь стонать подо мной от возбуждения…

От его слов желание вспыхивает яркой искрой. Зарождается где-то внизу живота и окатывает бедра. На улице прохладно, но мне жарко в объятиях Кости.

Его губы скользят по шее, щетина царапает нежную кожу, и я завожусь еще сильнее.

— Мясо… его надо приготовить… — шепчу едва слышно, а сама плавлюсь в его объятиях.

— Кхм… да… — резко отпускает меня Константин. Прочищает горло, поправляет джинсы и тащится к мангалу, где во всю пылают угли.

Я соскальзываю со стола, подхожу к нему. Обхватываю сзади за талию и крепко прижимаюсь к его спине.

Он ворочает угли, улыбается.

— Замерзла?

— Нет. Просто соскучилась.

Снимает с себя дубленку и накидывает мне на плечи.

— Все равно надень.

— А ты?

— От огня жар идет, мне не холодно.

…Через час ребрышки готовы. Они так вкусно пахнут, что кружится голова.

— Так, женщина, вперед, на кухню, резать овощи и накрывать на стол, — подталкивает меня Константин. — А после обеда я затащу тебя в свою спальню, и ничто не помешает мне заниматься с тобой всякими глупостями до самого утра.