Книга Их жаркий ноябрь, страница 19 – Юлия Бузакина

— Пристегнись, мы будем ехать быстро, — приказала дочери, и она послушно принялась дергать ремень безопасности детского кресла.

Спустя еще несколько минут мы миновали жилые дома и свернули в сторону трассы.. Мой «Хендай Солярис» несся по ночной дороге в сторону Краснодара.

Время перевалило за полночь, когда мы с сонной Евой добрались до микрорайона, в котором жили родители.

— Как же так, Аня? — с ужасом взирала на меня мама в прихожей. — Что у тебя с лицом? И почему ты не позвонила?

— Нас чуть не убили, бабушка! — округлив глаза, затараторила Ева. — Дядьки в черных масках и с автоматами! Они маму били, били…

— Твою мать… — выглянул из спальни мой отец. — Это что такое? Вас хотели ограбить?

Я взглянула на отца. Наверное, он — единственный мужчина в моей жизни, который ложится спать в шелковой мужской пижаме.

— Нет… — покачала головой и принялась снимать пальто. — Они искали какие-то фотографии, которыми их шантажировал Валера. Забрали из квартиры всю технику. Даже телевизор и планшет Евы.

— А сам этот урод не появлялся?

— Не появлялся. Я ему столько писем написала, ни одного ответа.

— Ну, попадется он мне, — сжал кулаки отец.

— И не одному тебе, судя по всему. Они дверь нашей квартиры из автомата расстреляли, — понуро сообщила я.

— Ни хрена себе.

— Ева, давай помогу, — бросилась к внучке моя мама. — А вещи, как же? Вы бросили все без присмотра?

— Какие вещи, мы думали, живыми не уйдем, — отмахнулась я.

— Я завтра на квартиру съезжу, — нахмурился отец. — Заберу все, что осталось. Квартиру продадим, срочно. Ипотеку погасим с вырученных денег, и все, хватит. Нажилась ты замужем, Аня. Пришло время начинать сначала. Хорошо, Ева подросла. Отлежишься несколько дней, мы с матерью попробуем пока ей место в садике выбить. Глядишь, и работу новую найдешь. С твоим образованием у нас не сложно будет место тебе подыскать.

— Пойдем, Ева, я тебя спать уложу. Ты пижамку взяла?

— Забыла… — растерянно взглянула на меня дочка. И вдруг всхлипнула. — Я забыла… забыла, мама… я не взяла…Они ее заберут. Заберут мою пижаму…

Ее накрыло истерикой. Она ревела так отчаянно, как будто забыла не пижаму, а что-то по-настоящему важное.

— Успокойся, у меня с лета твоя пижама с котиками осталась, — бросилась уговаривать ее бабушка. — А завтра деда привезет ваши вещи. Довели ребенка до нервного срыва! Попадется мне Валера…

Пижаму с котиками нашли быстро. Отец с матерью стелили в гостиной на диване нам обеим, а я закрылась в душевой и плакала. Все тело было в синяках и противных кровоподтеках. Меня трясло противной дрожью, и я никак не могла взять себя в руки. Просто… когда четверо мужиков с автоматами врываются в твою квартиру и бьют, это жестоко и неправильно.

Мама приготовила мне чай, но он не шел в горло.

— Дай чего-нибудь успокоительного лучше. И обезболивающего. Чтобы заснуть, — попросила я.

— Капли валосердина накапаю. Другого нет ничего, завтра в аптеку схожу, куплю таблетки.

Она поднялась из-за стола и достала из буфета капли. Скоро едкий запах валосердина разливался по кухне.

Я залпом выпила капли. Проглотила таблетку и пошла в гостиную. Забралась в полумраке под одеяло и закрыла глаза с надеждой на сон.

— Мамочка, — вдруг зашептала Ева. — Папа приходил ко мне в садик.