Книга Я не прощу 2, страница 7 – Юлия Бузакина

Между ног все сжимается сладким спазмом. Желая ощутить его глубже, я выгибаюсь ему навстречу. Не в силах сдерживаться, Олег двигается во мне все быстрее, пронизывает толчками, заставляя гореть от страсти.

Его сильные руки сжимают меня крепче. Его крепкое тело вдавливает меня в постель, и я что-то бессвязно шепчу в порыве неконтролируемой страсти. Его тело откликается на каждое мое движение, жарко и страстно. Он двигается все быстрее, и я вскрикиваю. Обхватываю его за плечи руками, пытаюсь выровнять дыхание, и Олег пронизывает меня финальными толчками.

Потом мы тихо лежим под одеялом. Долго молчим, растворяясь друг в друге. Я слушаю, как стучит сердце Олега, вдыхаю дурманящий запах его кожи и таю от счастья.

Шею обжигает его шепот:

— Оль…

Поднимаю глаза. Взгляды встречаются, и от этого внутри что-то переворачивается.

— Я хочу ребенка.

Продолжаю неотрывно смотреть в его глаза. Когда мы поженились, то решили, что двоих детей нам достаточно. Один его, один мой. Я принимаю противозачаточные таблетки, порекомендованные моим гинекологом, поэтому сбоя быть не может.

Олег сгребает меня в свои объятия.

— У нас все есть, — продолжает обжигать жаром его голос. — Все и даже больше. Только общего ребенка нет. А я так хочу, чтобы у нас появился малыш…

Я ненадолго отстраняюсь.

— Мне страшно, Олежек, — признаюсь ему честно. — Очень- очень страшно еще раз окунуться в беременность и роды.

— Но ведь есть эпидуральная анестезия?

— У нее много противопоказаний.

Макаров сжимает мои руки.

— А если будет дочка? Я так хочу дочку, Оль… Чтобы на тебя была похожа. Даже представить себе не можешь, как я ее хочу… На Прохорова смотрю и так ему завидую! До скрипа зубов!

Улыбаюсь. Ласково провожу пальцами по его заросшей щетиной щеке, запускаю пальцы в короткие светлые волосы. Мы все завидуем Прохоровым (в хорошем смысле этого слова, конечно), потому что их Машенька — удивительный ребенок.

— Обещаю, что подумаю, — шепчу ему в губы. — Только не дави на меня, ладно? Мне нужно немного времени, чтобы принять твое желание.

Его губы тянутся ко мне, впиваются в рот, безжалостно обрушиваются чередой поцелуев. Я отрываюсь на мгновение, заглядываю в такие любимые серые глаза и снова тону в его поцелуях.

Андрей Соколовский

«С днем рождения!»

«Сыночку расти большим!»

«Красавец!» — гласят надписи под яркой фотографией. В ленте мелькает семейное фото: счастливые родители, подрастающий мальчик.

Андрей Соколовский откидывается в мягком кресле. Потирает колючий подбородок. Жадно смотрит на фотографии, которые несколько минут назад выложила в сеть Ольга.

Его сын. Наследник. Мальчик, которого он так ждал!

Горько ухмыльнувшись, Андрей подхватывает бутылку коньяка и наполняет до краев красивый бокал из камня.

— С днем рождения, сынок! — выдыхает поздравление и залпом опрокидывает в себя всю порцию коньяка.

Сердце сдавливает тоска. Пять лет назад Андрея Соколовского вынудили написать отказ от собственного сына, и не прошло ни дня, чтобы он не вспоминал Артемку. Сегодня там, на фото, вместо бывшего следователя Макарова рядом с Ольгой должен стоять он, Андрей Соколовский!

Но Андрей очень далеко от своего сына. Их разделяют тысячи километров.

Столица благодушно приняла в свои щедрые объятья зятя господина Орловского. У Андрея появилось все, что пожелает душа. Но деньги и связи не давали того, к чему так отчаянно рвалась его темная, погрязшая в пороке душа. Не было с ним рядом тех, кого он считал настоящей семьей — Ольги и родного сына. Ох, как же Андрей жалел, что отказался в свое время жениться на любимой женщине после того, как у него родился маленький наследник! Каким же глупым сейчас казался ему его девиз «Человек должен быть свободен!» А ведь Ольга ждала от него предложения. Он же по ее глазам видел! Робкая надежда, затаенная печаль… У нее в семье было не принято жить в гражданском браке. Она все ждала, ждала от него предложения, а он упорно не желал его делать — просто так, из вредности. Кто они такие, эти Волошины, что Ольга так переживает из-за отсутствия печати о браке в паспорте?!