Книга Я не прощу 2, страница 61 – Юлия Бузакина

— Ну как так, Олежек? — Алиса Викторовна посматривает на нас и разводит руками. — Оль, я ведь уже и с тортом все прощупала, и фотографа испытала! Вам надо будет только выбрать.

— А еще можно в среду короткий день сделать! — поддерживает супругу Юрий Васильевич. — Как вам идея, а?

— Если хотите, организацию я возьму на себя! Позовем только самых близких: родителей и сестру с мужем, Оленька! Это же воспоминания потом на всю жизнь! — кивает она.

Олег хмурится, молчит. Я вздыхаю. Ну как тут отказаться? Они же обидятся, а я их люблю. Да и Маргарита с Витей ждут праздника.

Несколько мгновений мы с Олегом смотрим друг другу в глаза. Он накрывает мою руку своей.

— Ну что, Оль? — спрашивает осторожно.

— Хорошо, пусть будет праздник, — выдыхаю я.

— Вот! Другой разговор! — радуются свекры. — Мы все устроим! Праздник получится отличный, вот увидите! Вам надо будет только вовремя прийти к ресторану!

Домой мы попадаем, когда на часах уже почти десять вечера. Настроение приподнятое. Олег шутит с мальчишками, они весело смеются.

Мне немного грустно от того, что завтра Матвей улетает в Минск.

Пока Матвей в ванной комнате, я помогаю Артему. Он выглядит уставшим: все же нелегко с гипсом ходить по гостям наравне с остальными.

Сын сидит в постели, а я протягиваю ему свежую футболку. Он натягивает ее через голову, а потом вдруг задает мне вопрос:

— Мам… а вы с дядей Олегом хотите настоящего ребенка?

Я замираю.

— В каком смысле «настоящего», сынок?

— Ну… такого… что только ваш… Бабушка Аля и дедушка Юра так на вас смотрели, как будто… даже не знаю, как сказать.

— Артем, а ты разве не настоящий?!

— Я другой… У меня папа другой.

— И что? Разве дядя Олег не доказал тебе, что он тоже твой папа?

Артем вздыхает.

— Папа, да! Но не настоящий. А настоящий папа почему-то не хочет ко мне приходить…

Я чувствую, как мерзко дрожат руки. Сажусь на край его постели, а сама прислушиваюсь к шорохам в холле. В ванной тихо шумит вода, а значит, Матвей еще в душевой.

— Сыночек, послушай меня. Твой биологический отец не очень хороший человек. Когда ты был маленьким, мы с тобой попали в больницу. Нам было нужно лекарство, которое мог достать только твой папа. Но он отказался нам помогать… Ты мог тогда умереть, а ему было все равно! Если бы лекарство не привез дядя Олег, я даже не знаю, чем бы все закончилось! Это он — твой настоящий папа! И для него ты тоже настоящий. Кто возит тебя на тренировки? Кто помогает делать уроки? Разве он не доказал тебе, что он достоин быть твоим отцом?

— Но дядя Олег — Макаров, и Матвей тоже Макаров. А я — нет…

Я растерянно смотрю на него. А ведь и правда, я — Макарова, а сын — Волошин. И как после этого я могу требовать от него, чтобы он воспринимал Олега как папу?

— Знаешь, что? Давай спать. Утро вечера мудренее, — натянуто улыбаюсь я.

Поправляю на нем одеяло, меняю яркий свет на ночник и тихонько сбегаю из комнаты как раз в тот момент, когда на пороге появляется спасение — мокрый после душа Матвей.

Закрываюсь в ванной комнате, вытираю расплесканную по углам воду. Зажмуриваюсь. Что же я наделала тогда, пять лет назад! Почему не уступила Олегу и не позволила ему дать сыну свою фамилию?! На что надеялась?! Что вернется Андрей Соколовский? А теперь Артемка чувствует себя не таким, как мы.