Книга А мы с тобой не чужие, страница 86 – Юлия Бузакина

Теперь мне стыдно за свой порыв в адрес Сергея и Дани. В конце концов, Данил еще совсем мальчишка. Он расстроен, что мы разводимся, а Сережа так ловко изолировал нас друг от друга.

— Можно, — кивает доктор. — Только не долго. Вашему папе не стоит сильно волноваться. Ему лучше отдохнуть.

Мы заходим в палату по очереди друг за другом — мама, следом я, а за мной Андрей.

Папа вымученно улыбается.

— Извините, ребята. Заставил я вас понервничать, да?

— Коля, ты больше так не пугай, ладно? — у мамы дрожат губы. Кажется, она вот-вот заплачет. — Я же без тебя, как без рук.

— Скажешь еще, Елена Прекрасная! — фыркает папа. — Не волнуйся, я пока еще никуда не собираюсь. Рано мне еще.

Мама садится на край его кровати, берет его руку и прижимает к своей щеке.

— Даш, — поворачивается ко мне. — Вы с Андреем Игоревичем поезжайте на дачу? Там стол надо убрать… я до утра здесь побуду. С папой.

— Пап, ты как? — я смотрю на родителя с тревогой. — прости, пожалуйста за тот дурдом, что мы устроили…

— Все хорошо, малышка, — он улыбается. — Запомни: ты — самое лучшее, что случилось в моей жизни. Если любишь Андрея, никого не слушай. Все, поезжайте домой. Обо мне не беспокойтесь. Тут и мамы будет достаточно с ее нравоучениями.

— Коля… — шипит мама.

Я улыбаюсь. Если папа шутит, значит, все будет хорошо. Беру Андрея за руку.

— Поехали? — посматриваю на него.

Он кивает.

— Да, поехали. Уже заказываю такси. Поправляйтесь.

— Так точно, Андрей. Береги Дарью. Она мой свет в окошке.

Новиков с нежностью притягивает меня к себе за талию.

— Это даже не обсуждается.

Вот и такси. Мы садимся на заднее сиденье, и машина медленно везет нас по ночному городу.

Я кладу голову Андрею на плечо, а он мягко прижимает меня к себе.

Я чувствую усталость. Этот вечер вытянул из меня все соки.

— Хочу, чтобы у нас с тобой было так, как у твоих родителей, — тихонько шепчет мне на ушко Андрей. — Чтобы наш с тобой ребенок любил нас так же сильно, как ты любишь своих.

Взгляды встречаются. Мы долго смотрим в глаза друг другу. Пальцы наших рук переплетаются в единое целое. Я вдруг ловлю себя на мысли, что хочу от него ребенка. Очень хочу. Как будто этот ребенок сможет излечить меня от боли, которая разъедала душу последние два года.

— Останешься у меня на ночь? — спрашиваю шепотом.

— Останусь, — шепчет в ответ он. — Только сначала заедем ко мне? Надо взять кое-какие вещи, завтра сложный день.

— Заедем.

Я прижимаюсь к нему крепче. Он целует меня в макушку, а я вдыхаю его запах, такой близкий, такой любимый, и плавлюсь. Почему-то я знаю: Бог подарит нам ребенка. Обязательно.

На родительской даче тишина. Без мамы и папы дом в один миг опустел. Я понимаю, что в эту ночь мне не уснуть. Андрей в ванной комнате, принимает душ, а я стою на мансарде, закутавшись в длинный шелковый халат, и напряженно смотрю в темноту за окном. Что я высматриваю? Решение моей ситуации? Да нет никакого решения. Понимаю, что с каждой минутой все больше теряю сына. Душа в клочья. Я не знаю, что мне делать. Мчаться к Сереже? Стучаться в дверь, плакать, умолять? Но ведь тогда мужу все сойдет с рук? И его измена, и чужой ребенок? Ведь ясно, как белый день, что свою подлую схему Сережа подстроил исключительно для того, чтобы оставить все, как есть. И Даней он безжалостно манипулирует исключительно для этого.