Книга Выскочка-2, страница 69 – Юлия Бузакина

Оставив машину рядом со старой калиткой, Лера быстро подошла к порогу и громко постучала в дверь.

Вокруг было неуютно и пусто. Ветер гулял по двору, цепляя покосившиеся и облезшие деревянные ставни. Ненавистный Лере розовый сад заснул до следующего сезона и тоже всем своим видом игнорировал гостью, прибывшую из совсем иного, благополучного мира.

Берта все не открывала. Дрожа от холода, Лера спустилась по ступеням и подошла к окну спальни.

— Берта! Ты дома? – громко выкрикнула она.

Сестра распахнула входную дверь.

— Что ты раскричалась? – брезгливо поморщилась она. – Конечно, я дома! Где мне еще быть? Заходи скорее, у меня отопление отключили!

Обрадовавшись, что родная сестра оказалась на месте, и от нее не разит спиртным, Лера вошла в дом матери.

— А почему у тебя отопления нет? – нахмурилась она.

— Газ за долги отрезали. А ты зачем пожаловала?

— Хотела тебя с новым годом поздравить, – растерянно смотрела по сторонам Лера. Ей показалось, что с того момента, как она была здесь в прошлый раз, ничего не изменилось. Вокруг царил хаос, пахло затхлостью, а из каждого угла, затаившись, выглядывала нищета.

— Ну, так поздравляй, – будто чувствуя ее настроение, с вызовом проговорила Берта. – И нечего осуждающе по углам таращиться. Пришла тут, инспекторша!

— Берта, ты нашла работу? – пропустив мимо ушей неприятный тон, села на край провалившегося диванчика Лера.

— Нет. Как ее найдешь? Сезон закончился! – поморщилась сестра и полезла в переполненную грязной посудой мойку за кружками. – А ты как поживаешь? Твой муженек отличился в начале сезона! Нашел, за что сражаться! За городской пляж! Чего это его нелегкая понесла униженных и обиженных защищать? Так глядишь, еще и в политику подастся. У нас на следующий год выборы градоначальника планируются.

Берта хрипло усмехнулась и включила чайник. Лера аккуратно положила пакет с подарками на угол пыльного стола.

— Мы переехали в квартиру. Тетя Соня отписала ее на Сарочку, – проговорила она. – А дом пришлось продать.

— Жаль. Мне нравился твой домик, – сестра поставила перед Лерой объемную белую чашку и кинула в нее чайный пакетик. – Когда ты там порхала со своей безумной любовью к Андрею, мне это напоминало сладкую розовую сказку про милую блондинку Барби и ее дружка Кена.

— Все сказки когда-нибудь заканчиваются, – грустно улыбнулась Лера и придвинула к себе кружку. Ей вдруг безумно захотелось навести в доме матери порядок. Отмыть окна и полы, смахнуть пыль, натереть до блеска старенький хрусталь в серванте, сменить занавески на новые и яркие. Впустить в дом жизнь. И прогнать навсегда проклятую нищету, которая, пустив глубокие корни в этом месте, преследовала ее с самого рождения.

Сестра с любопытством заглянула в пакет.

— Ангелочки! Какие красивые! – как сорока, выхватила стеклянные фигурки из пакета она.

— Берта… – сглотнула непрошеный ком в горле Лера. – Давай в доме порядок наведем? Новый год послезавтра уже! Отмоем окна и полы, занавески новые повесим… Глядишь, и мама с нами порадуется.

— Она мне снилась накануне. – Помрачнела сестра. – Будто стоит на пороге и улыбается. А я не могу ей на грудь смотреть…сама знаешь, почему.

Лера знала. Перед тем, как болезнь сожгла их маму, ей ампутировали грудь. Несколько сеансов химиотерапии, выбитые по квоте, не помогли. Ампутация, которой мама боялась больше всего на свете, тоже не помогла. Рак бесцеремонно поселился в ее теле, и его уже было не вытравить. Такая красивая и светлая, мама мгновенно превратилась в мумию. А Лера жила в Москве, не желая видеть ее мучения. И Берта до сих пор не простила ей это.