Книга Соблазненная боссом, страница 26 – Юлия Бузакина

Карина собиралась брызнуть водой в лицо Власову, но от испуга поперхнулась, и вода полилась нашему юристу на лицо и безупречный ворот белоснежной рубашки.

— Слезьте с меня! Немедленно! – захрипел он, и Карина начала сползать в сторону.

Власов принялся отряхиваться.

— Чтобы я еще раз пришел сюда на чай?! Да ни за что на свете!

Несколько мгновений он смотрел на меня полным ярости взглядом, потом погрозил пальцем и прохрипел, заикаясь:

— В…Ведьма!

Оттолкнув Бекетова, он шумно вышел из приемной.

Карина нервно сжала пластиковый стаканчик, выпалила:

— Извините!

И тоже ретировалась восвояси.

Мы с новым боссом остались наедине.

Бекетов был так близко, что я ощущала аромат его мужских духов с холодным морским ароматом.

— Даша… – вкрадчиво проговорил босс. – Вы что же, нарушили мой приказ и притащили сюда пить чай этого старого повесу? И украли мое печенье?

Его медовый голос отдавал совсем не медом.

На красивом лице сквозило какое-то странное выражение. Как будто он никак не мог решить, казнить меня прямо сейчас, или чуточку позже.

— Вы ведь приказали выкинуть это печенье, – чувствуя, как потеют ладони, пробормотала я. – А оно оказалось очень даже ничего! Вот мы и решили выпить с ним чаю – я, Карина и Григорий Николаевич. Ведь сейчас обеденный перерыв!

— Это было мое печенье!

— Вас что, печенья жалко?!

— Да! Если я приказал его выбросить, надо было это сделать!

— Оно оказалось заговоренным! Считайте, я спасла вас от чар неизвестной поклонницы! Знаете, как страдают те, кого привораживают?

— А что же вы тогда не приворожите своего Власова?! – ехидно хмыкнул Бекетов.

— Я не хочу! Это будет нечестно! Чувства должны быть искренними и идти от сердца… Впрочем, уже неважно. Власов обозвал меня ведьмой и больше никогда не обратит на меня внимания.

Печально вздохнув, я попыталась обойти Бекетова.

— А если бы он умер?! Задохнулся бы в нашей переговорной от кусочка печенья?! Нашей семье, по-вашему, мало скандалов?! – поймав меня за локоть, взорвался тот.

В серых глазах мерцал лед. Пальцы впивались в мой локоть все больнее.

Я отступала, он наступал, не давая мне вырваться, ровно до тех пор, пока я не оказалась прижатой к столу.

— Интересно, Лада Михайловна знает, что вы имеете склонность к воровству? – вдавливая меня в стол, выдохнул мне в лицо Бекетов.

— Вы приказали его выбросить! – возмущенно вскрикнула я.

— Я бы уволил вас, но не хочу нервировать Ладу накануне родов… – его пальцы скользнули по моей щеке, и он ухмыльнулся. – К тому же, мне интересно, как подействует заговоренное печенье на Григория Николаевича. Он ведь его отведал, и не одно? Верно, Дарья?

От того, что он был так близко, стало нечем дышать. Его было снова слишком много – много аромата холодной туалетной воды с примесью чего-то мужского, много черного цвета в его костюме, много презрения на его красивом лице… я задыхалась. Все, чего мне хотелось – влепить ему пощечину, но я не смела. Пощечину он мне точно не простит, а мне нужна моя работа. Только его семья сможет добыть квоту на бесплатное лечение моей сестры. Сейчас будущее Лизы зависело от этого наглого и эгоистичного сноба, который вызывал у меня глухое раздражение!

— Отстаньте от меня, – устало выдохнула я. – Вас слишком много, и вы нарушаете мои личные границы.