Книга Ваш кофе, босс!, страница 37 – Юлия Бузакина

— Зато мы полакомимся печеньем. Ярослав, ты за обои, или за печенье? – наклонился к моему сыну Калинин.

— Выбираю печенье! – посерьезнев, сообщил мой ребенок.

— Два голоса против одного. Печенье победило. Мы идем в парк!

— Но обои… они ведь сами себя не поклеят…

Калинин обольстительно улыбнулся и забрал у меня пакет с обувью для Ярика.

— Мы за печенье, Верочка!

Верочка?.. Я снова смутилась. Кажется, босс этого не заметил.

По вечерней заснеженной улице мы шли втроем: Ярик сидел в санях с коробкой-светильником в руках, я крепко держала ручку саней, а Калинин шел рядом и нес пакет из «Детского Мира».

В городском парке на другой стороне улицы мерцали огнями красивые новогодние фигуры и громко играла музыка – там вовсю шла торговля на рождественской ярмарке под огромной новогодней елью.

— Как красиво! Я уже и забыл, каким волшебным может казаться парк на Новый Год! – вспыхнул задором взгляд Калинина. – Ну, что, идем искать глинтвейн и имбирное печенье?

— Хо-хо-хо! Вперед, мой олень! Вези меня к печенью! – натягивая поверх своей шапки красный колпак, пропел Ярик.

— Я сегодня олень, – едва сдерживая смех, пояснила Калинину я.

— А можно, я тоже побуду оленем?

Не дожидаясь от меня ответа, Калинин оттеснил меня от саней и резко повернул к пешеходному переходу.

— Догоняйте, Вера! Иначе весь глинтвейн выпьют без нас! – обернувшись, лукаво улыбнулся он.

— Догоняй, мама! Мы едем на ярмарку! – подхватил идею Ярик. – Хо-хо-хо! Я Дед Мороз! Я везу подарки! У меня целых два оленя!

Светофор сменился на зеленый, и я заторопилась вслед за Калининым, который уверенно катил сани вперед.

У елки раскинулись сверкающие гирляндами палатки с елочными сувенирами, украшениями и угощением. Удивительно – работали даже карусели!

Пока Ярик носился по заснеженному лабиринту, Калинин успел купить два стаканчика ароматно пахнущего терпкими специями глинтвейна и большого имбирного человечка на палочке.

— Ого! Какой он огромный, мама! – с восторгом рассматривал угощение Ярик. – Я хочу откусить ему голову, но она не поместится мне в рот!

— Если хорошо постараться, поместится, – подмигнул ему Калинин.

— А сказать Максиму Викторовичу спасибо? – строго посмотрела на сына я.

— Спасибо! – исправился он. Откусил кусок головы у человечка, и снова убежал в сверкающий разноцветными огнями лабиринт.

— У вас чудесный ребенок, – проводил его взглядом Калинин.

Я грустно улыбнулась.

— Да, он замечательный мальчик. Только все время спрашивает, отчего Дед Мороз не может вернуть ему папу, а я… я никак не наберусь мужества, чтобы сказать правду.

Босс усмехнулся.

— Знаете, иногда горькая правда все же лучше, чем неопределенность.

— Наверное, вы правы. Но это так сложно… что я ему скажу? Что есть такое место, откуда не возвращаются?

— Да! Так будет честнее всего. Иначе ваш мальчик так и будет хранить в сердце надежду на то, чего на самом деле никогда не произойдет.

Калинин поднялся на декоративный деревянный мостик, с которого хорошо просматривался лабиринт и протянул мне руку.

— Идите сюда, Вера! Отсюда хорошо видно Ярика!

Его рука была теплой и твердой. Слишком теплой и соблазнительно твердой… Есть такие мужчины, от которых исходит приятное обаяние, против которого невозможно устоять. Калинин был из таких.