Книга Мой некоронованный принц, или Золушки не продаются, страница 31 – Юлия Бузакина

Размышляя о том, что в следующее свидание не будет никаких прогулок, а вместо этого он затащит Аню к себе домой, желательно, до самого утра, Павел медленно поднимался на лифте на девятнадцатый этаж. Достал ключи из маленькой кожаной барсетки и оказался в просторном холле своей квартиры под номером 1095. Сбросил обувь, кинул барсетку на узкий комод из черного дерева, и уже было шагнул в сторону кухни, мечтая о бокале минеральной воды со льдом, как вдруг в полумраке гостиной заметил женский силуэт.

От неожиданности сердце екнуло и упало куда-то вниз.

— Явился? – раздался громкий голос матери.

— Боже… – сглотнул прокурор. – Как ты попала в мою квартиру?! Так же можно довести человека до инфаркта!

— Тебя доведешь, – холодно бросила Маргарита и отошла от широкого окна, наполовину прикрытого плотными темно-серыми шторами.

— Я правильно понимаю, что вопрос, откуда у тебя ключи от моей квартиры, задавать бессмысленно? – скрестив руки на груди, встал посреди гостиной сын.

— Более чем, – она подошла к кожаному дивану и устроилась на нем, давая понять, что уходить не собирается.

— Тебе что, негде переночевать? – скривился Павел.

— Брось свои глупые шутки! Ты прекрасно знаешь, что дом и почти все состояние семьи принадлежит мне. Отец владеет лишь малой частью недвижимости.

— Куда уж не знать…

Фыркнув, Павел направился на кухню. Достал из холодильника минеральную воду в маленькой стеклянной бутылочке и с жадностью отпил глоток.

Мать тут же появилась у него за спиной. В руке она держала газету.

— Нам просто необходимо обсудить твою личную жизнь, сынок.

Сынок? Ему не послышалось? Впервые его назвали уменьшительно-ласкательным словом?

Павел повернулся к матери, и его лицо расплылось в блаженной улыбке.

— Мамочка, с каких пор тебя так интересует моя жизнь? Неужели годы холодности позади?

— Причем тут холодность? Ты прекрасно знаешь, в нашей семье не принято проявлять слабость! Чувства только вредят, поверь. А ты, я смотрю, совсем расклеился в последнее время!

— Да?

Он снова отхлебнул воды. Близость матери вызывала в нем напряжение – чувство, знакомое с детства.

— Ты видел вечерний выпуск городской газеты?

— Местные новости? Да кому они интересны? Если я что-то и читаю, то только колонку криминальной хроники в интернете. И то, если это нужно по работе.

— А первые полосы не читаешь? Зря! – она швырнула ему в лицо смятую газету.

Павел даже не вздрогнул от ее грубого жеста. Страшно, но он к этому привык, поэтому лишь демонстративно развернул газету.

«По всему видно, что скоро в нашем городе сыграют еще одну свадьбу, – гласила короткая заметка в бульварной газетенке. – На вечер по случаю открытия нового торгового центра самый завидный холостяк побережья привел очаровательную спутницу. Никто не знает ее имени, но, похоже, Павел Тихонов покорен настолько, что готов представить ее обществу».

И фотография на пол страницы, на которой запечатлены прокурор и его прекрасная Золушка в изумрудном платье.

— По-моему, очень милая фотография получилась, – пожал плечами Тихонов. – Что не так?

— О нас уже сплетничают по всему побережью, вот что не так! – взвизгнула мать. – Немедленно прекрати ломать комедию и расстанься с этой нищенкой!

— Но мам… – едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, произнес он. – Я не могу. Сегодня вечером она пригласила меня на ужин, и сама его оплатила. Сама, понимаешь? Я не могу расстаться с девушкой, которая угощает меня гамбургерами. А еще она поет. У меня с детства мечта – жениться на певице.