Книга Его исчезнувшие, страница 95 – Юлия Бузакина

Дверь в палату приоткрывается. Заходит доктор, который накануне меня принимал.

— Елизавета, добрый день. Как вы себя чувствуете? — смотрит на меня внимательно. Изучает.

— Голова немного кружится, но в общем, сносно, — отвечаю неохотно.

— Кровь сможете сдать на анализ? Игорь Николаевич просил, чтобы вы сдали анализы и прошли обследование. Для вас все услуги будут бесплатны.

Я вздрагиваю. От неловкости бросает в жар.

— Нет! Нет, что вы. Я не буду ничего сдавать. Просто отдайте мне выписку, и я покину вашу клинику.

— Но Игорь Николаевич настаивал на вашем полном обследовании. Вы не переживайте, это займет всего несколько минут.

Я начинаю нервничать.

— Я не хочу! Игорь не имеет права меня заставлять! Просто отдайте выписку и все… Впрочем, можете не отдавать. Она мне ни к чему.

Хватаю пакет, в который сложила документы и деньги, и стремительно иду к выходу.

Доктор ловит меня за руку.

— Погодите, Лиза. Уйти вы всегда успеете. Прежде чем вы покинете наше заведение, с вами кое-то хочет побеседовать.

Меня накрывает волной паники. Я не готова ни с кем беседовать! Все, чего я хочу — это поскорее оказаться на вокзале. Сесть в первый попавшийся поезд и умчаться так далеко, как только можно. Затеряться в пространстве и времени, и больше никогда не вспоминать этот город и его жителей. Пусть я здесь родилась и выросла, пусть здесь останется моя сводная сестра Надя, это ничего не изменит.

Я отталкиваю доктора.

— Я не хочу ни с кем беседовать! Просто… дайте мне уйти.

Распахиваю дверь палаты и лицом к лицу сталкиваюсь с женщиной, которую я бы никогда не хотела увидеть еще раз. Это мать Игоря.

«Это же сон? Просто сон?» — зажмурившись на миг, пытаюсь спасти себя убеждением.

Но нет, это не сон!

— Лиза, подожди. Нам с тобой надо серьезно поговорить, — строго чеканит моя несостоявшаяся свекровь, и под напором ее жесткого тона я испуганно отступаю обратно вглубь палаты.

Паника накрывает меня темной волной. Мне кажется, я не могу дышать. По телу прокатывается дрожь. Она колючими иглами жалит кожу, и кажется, что из нового кошмара нет выхода.

Видимо, ужас на моем лице настолько очевиден, что гостья и сама теряет хватку.

Подойти ко мне близко она не решается. Просто стоит, скрестив руки на груди и сканирует меня взглядом.

— Послушай меня, девочка, — произносит спокойно. — Я прекрасно тебя помню. У Игоря почти не бывает серьезных отношений с женщинами, и, конечно, твое появление в его жизни три года назад не могло статься незамеченным. Да, ты совершенно не то, что нужно нашей семье. Да, я сделала все возможное, чтобы ты ушла из его жизни. Но мой сын вчера обвинил меня в преступлении, которого я не совершала! Я не подбрасывала тебе никаких мужских портмоне! Я приходила в то кафе, чтобы попросить тебя уехать подальше. Я не отказываюсь от своих слов. Я не отказываюсь от своего взгляда на вашу пару. Вы не подходите друг другу, и это ясно, как день.

Я пытаюсь дышать. Вдыхаю, но выдохнуть никак не получается. И пошевелиться тоже не получается. Что уж говорить о способности произносить слова!

Эта женщина несколько мгновений молчит. Смотрит на меня с ожиданием, видимо, хочет услышать хоть слово. Но я не могу говорить! Меня, как будто парализовало от одного ее присутствия. Я просто стою, прижимаю к груди пакет с паспортом и деньгами, и у меня даже сумки нет, чтобы это все сложить.