Книга Его исчезнувшие, страница 7 – Юлия Бузакина

Скоростной лифт поднимает на двадцатый этаж, и я дрожащими руками отпираю заржавевший замок на двери. Сердце колотится так отчаянно, что чувствую горечь в горле. Спустя миг понимаю — это горечь утраты. Ведь вокруг пустота. Слой пыли намекает на то, что сюда слишком давно никто не наведывался.

Прохожу в просторную прихожую. Воспоминания накатывают темными волнами, душат, заставляют захлебываться отчаянием, и я судорожно сжимаю крепкими пальцами лацканы пальто.

Старший брат лишил меня карьеры, а потом добрался до моей любимой женщины. Моя Надя работала у него в отделе продаж менеджером.

Она сводила его с ума. Я не раз замечал похоть в его глазах, когда он на нее смотрел. Даже после нашей свадьбы Дамир не мог смириться с тем, что девушка, которой он был одержим, выбрала не его, а прокурора. Не нужны ей были миллионы, которыми ворочает Дамир.

Я дико ревновал. Пару раз мы с братом даже сцеплялись из-за Нади. Это его люди подбросили в мою машину улики, сразу после того, как он заявил в полицию о пропаже жены. Мне вынесли приговор. Меня судили за убийство, которого не было! А брат как стоял, так и стоит во главе строительной компании.

Иду торопливо по комнатам, распахиваю в каждую двери. Пустота, пыль и тишина. Запах нежилого помещения неприятно режет глаза и горло.

Захожу в ванную. Включаю воду и долго смотрю на свое отражение в зеркале. Удивительно, что после трех лет заточения я все еще похож на себя прежнего. Только в черные волосы кое-где закралась седина, а в глубоко посаженных глазах цвета крепкого виски затаилась бесконечная боль.

Взгляд скользит по пустым полочкам. Раньше здесь все было уставлено волшебными баночками с бесподобными ароматами. Их так любила Надя… А что это за бумажка на краю раковины? Засохшая, покрытая пылью, похожая на тонкую палочку. Неужели три года пролежала?

Беру ее в руки. Присматриваюсь. Тест на беременность… Две полоски.

И сердце летит в пропасть.

Я мониторю глазами кадры на экране с надеждой хотя бы мельком еще раз увидеть любимый силуэт. Но взамен на экране появляется красивая брюнетка в дорогущей шубе.

«Амалия!» — узнаю когда-то лучшую подругу, с которой мы вместе работали. В сердце будто вонзают острый нож — подруга виснет на шее у моего бывшего мужа. Холеная, красивая — глаз не отвести.

Я стыдливо прячу в рукава застиранного свитера свои ногти без маникюра. Глаза обжигают слезы.

А ведь когда мы с ней работали вместе с «ЭлитСтрое», меня предупреждали, что Амалия положила глаз на моего Марата. Что она змея, и что сущность у нее змеиная. Я не верила. Теперь понимаю, что зря.

На экране мелькают следующие новости, а у меня почва уходит из-под ног. Падаю на стул, как подкошенная. Пытаюсь дышать, но не получается. Глаза жгут невыплаканные за три года слезы. Сколько их было, а все мало…

Сижу в ступоре, а в голову набатом бьет одно — Марата оправдали! Выпустили! Чувствую, как к горлу подкатывает ком. Я не верила, что он мог убить жену своего брата. Но его брат сделал все возможное, чтобы устранить соперника, ведь желанным призом для него была я. Только никакого приза Дамир не получил. А силой брать побоялся — нас всех тогда травили СМИ. Следили неотступно за каждым шагом. Им даже слили фото, на которых я в объятиях Дамира. Раструбили о нашей связи на весь город, как и ту версию, что прокурор в отместку убил жену брата. И так хорошо сфабриковали все доказательства, что даже я поверила в то, что изменила мужу.