Книга Его исчезнувшие, страница 22 – Юлия Бузакина

Я притормаживаю. Резко подаюсь вперед.

— Надя приходила? Вы уверены, что это была она?

Консьерж могла запросто ошибиться. Все же, три года прошло.

Маргарита закатывает глаза.

— Я? Обозналась? Да за кого вы меня принимаете?

Шумно дышит. Аж пятнами красными покрывается от негодования.

— Приходила ваша бывшая, приходила. Я ее узнала. Еще спросила, помирились вы с ней, или нет. А она сказала, что к вам по делу.

Чувствую, как что-то сжимается в груди. Значит, пока я Надю у нее дома искал, она ко мне приходила? Что за невезенье…

— А про брюнетку вы что сказали?

— Пришла с видом хозяйки вашей квартиры, протащила целую бригаду уборщиц. Боюсь, и жену вашу встретила. Та пулей отсюда вылетела.

Я шумно втягиваю грудью воздух. Кажется, я знаю, о ком речь. Вот и ответ, куда делись мои ключи.

— А брюнетка еще в квартире?

— Ха, конечно! Боюсь, эта к вам надолго. Не успеете оглянуться, в загсе окажетесь.

— Спасибо, Маргарита. Про загс, вы, конечно, перегибаете. Уверяю вас, моя не званная гостья просто ошиблась квартирой. В любом случае такого больше не повторится.

Достаю мобильник, набираю Румянцева.

— О, Марат! Я как раз собирался тебе звонить, — оживляется друг. — Ксюша сегодня на ужин приглашает. Наготовила в честь твоего освобождения вкусностей, ммм!

— Глеб, у тебя антижучок есть? — перебиваю майора.

— Обижаешь, у меня их в машине две штуки лежит.

— Бери их и срочно приезжай. Наручники не забудь.

— А что случилось-то?

— Помнишь, я вчера сетовал, что у меня ключи потерялись? Так вот, не потерялись. Короче, тащись сюда. Барабашка у меня завелся. Вернее, завелась.

Румянцев смешливо фыркает.

— И ноги у нее красивые, из ушей растут? И шуба дорогущая, до самых пят? Кажется, я знаю, о ком идет речь.

— Давай скорее, Глеб. Не до шуток тут. Надо застукать девицу на месте преступления. Предъявим ей кражу со взломом, чтобы больше не смела соваться.

— Понял тебя. Но в городе пробки… А, ладно, на служебной машине прокачусь. Заодно и сирену проверю. Скоро буду.

Я выхожу из подъезда. Обхожу дом с другой стороны, заглядываю в окна квартиры. Округляю глаза. Твою ж мать, а там гардины новые! И окна сверкают так, будто новые стекла вставили. Ну, не дать не взять, «Школа ремонта» с канала ТНТ приехала…

Румянцев не задерживается. Сирену врубает сразу, воет она так громко, что с другой стороны проспекта слышно.

Я тороплюсь обратно к подъезду.

Глеб, конечно, сирену выключает, как только оказывается рядом с моим домом. Паркует лихо служебную машину, и я замечаю на заднем сиденье двоих крепких оперов.

Сам Румянцев выбирается из машины, жмет мне руку.

— Что там у вас, Марат Григорьевич? Барабашка в квартире завелся? — весело переглядываются опера.

Я скептически ухмыляюсь. Выбрасываю сигарету.

— Там такой барабашка, вам и не снилось. Давайте, ребята. За дело.

Опергруппа готова к задержанию. Достают пистолеты, наручники наготове. Румянцев идет последним, в руке спортивная сумка с инвентарем.

Дверь моей квартиры заперта. Только запах вкусного жаркого разливается по лестничной клетке. Та-а-акой аромат, что мужики слюни сглатывают.

— А барабашка еще и повар? — шепотом интересуется у меня Глеб.

Я развожу руками. Не в курсе я, что за повар затаился в моей квартире.

— Блин, жрать охота, — шепчет один из оперов.