Книга Мой первый, или Ошибка прокурора, страница 75 – Юлия Бузакина

Всхлипнув, я тщательно вытерла слезы со щек и вышла из квартиры. Кое-как дотащила до лифта тяжелую сумку и ноутбук и спустилась вниз.

Таксист услужливо помог мне загрузить сумку в багажник, и машина тронулась с места.

Вот и закончилась моя счастливая жизнь с Андреем!

Я возвращалась домой, в квартиру родителей.

…Утром, перед работой, Андрей отправился в гимназию номер три, и если до этого он планировал забрать документы будущей жены, то теперь был очень рад, что не успел сделать это накануне. Директриса, конечно, стерва, но она женщина умная. Возможно, пойдет с ним на контакт. Надо только построить разговор с ней так, чтобы прийти к обоюдному согласию. А работать Насте недолго, всего-то месяцев шесть, от силы шесть с половиной, а там — декрет.

Припарковав машину в свободном кармане, Андрей уверенно двинулся к главному входу в гимназию.

— Директор у себя, не знаете? — поинтересовался у охранника.

— У себя, сегодня совещание, она с восьми в кабинете, — кивнул тот.

— Спасибо, я к ней по личному вопросу.

— Проходите, конечно.

Андрей поднялся на второй этаж. У приемной директрисы было тихо. Видимо, все учителя разошлись по кабинетам, начался первый урок.

Секретарь, увидев Шувалова, встрепенулась.

— Андрей Георгиевич, как хорошо, что вы пришли! Она вас вчера еще ждала, хотела с вами серьезно побеседовать. — И повела его в кабинет.

— Ангелина Николаевна, прокурор приехал!

Кротова вскочила со своего места. Сама любезность!

— Андрей Георгиевич, доброе утро! Присаживайтесь. Чай будете? Может, кофе? У нас кофемашина новая, родительский комитет одиннадцатого класса подарил. Кофе делает отличный! Один аромат чего стоит!

— Сделайте, — коротко кивнул Шувалов. — «Эспрессо», если можно, с сахаром.

— Наташа, ты слышишь? «Эспрессо» с сахаром.

— Уже делаю, — раздалось из-за двери.

Андрей посмотрел на нее.

— Что с документами Мальцевой?

— Андрей Георгиевич, тут такое дело… — Директриса занервничала. — Понимаете, родители третьего «Б» очень переживают, что Анастасия Григорьевна от нас уйдет. Вчера, представляете, пикет возле школы устроили! Информация просочилась в районо, а нам это совсем не на руку. Мы ведь входим в сотню лучших российских гимназий. Мне кажется, позавчера произошло недоразумение. Мы все были на эмоциях. Кто ж знал, что наш участковый такой ужасный человек! Его же арестовали?

Андрей кивнул.

— Арестовали, да. Он весь район в страхе держал. Чего только у него дома не нашли при обыске — и оружие, и поддельные документы!

— Видимо, Анастасия Григорьевна запала ему в душу, раз он сюда пришел. Силой ее хотел забрать… Мне очень жаль, что мы сразу не разобрались в ситуации.

Андрей внимательно посмотрел на директрису. Что ж, видимо, за сутки все успели остыть. И она неглупая женщина, понимает, что к чему.

Секретарь принесла кофе. По кабинету поплыл приятный бодрящий аромат.

Отпив глоток кофе, Андрей внимательно посмотрел на Кротову.

— Вы к чему клоните?

— Я к тому, что не стоит Анастасии Григорьевне увольняться. Ни к чему это. Учитель она хороший, дети и родители в ней души не чают. Пусть отдохнет до вторника, а потом выходит на работу. Здесь ее все очень ждут.

— Вы же понимаете, что я не вправе за нее решать?

— Понимаю, Андрей Георгиевич. Я ей сама сегодня позвоню, попрошу остаться. Надеюсь, мы с вами тоже найдем общий язык и обойдемся без проверок.