Книга А в Ростове снова дожди, страница 88 – Юлия Бузакина

— Когда ты вспоминаешь про мою маму, у меня портится настроение, – вяло запихнула в рот кусочек мяса с золотистым картофелем Вика.

— Я хочу познакомиться с ней поближе. Мне кажется, у нас много общего. Ира, конечно, умеет настраивать людей друг против друга, но если мы встретимся с твоей мамой в спокойной обстановке, то все будет хорошо.

— Я уже не верю в это. Мы даже парой фраз не перебросились со вчерашнего дня. Она так злится!

Владимир ободряюще улыбнулся и полез в карман светлого пиджака.

— У меня есть для тебя подарок.

— Подарок? Просто так, без повода? – ее глаза вспыхнули радостью.

Она любила его подарки больше всего на свете. И неважно, что он дарил. Букет васильков, украшение, смешного мягкого мишку по имени Тедди. Главное, что это был его подарок. Подарок от любимого мужчины.

Владимир замешкался – руки противно подрагивали от волнения.

Вика, затаив дыхание, ждала.

На столе появилась маленькая бархатная коробочка. Щелкнула кнопочка и на дне показалось изящное золотое колечко с бриллиантом в красивой оправе.

— Кольцо? – на ее лице отразился испуг и смятение.

— Ты не любишь кольца? – он вынул колечко из коробочки и осторожно, пытаясь совладать с собственными чувствами, надел ей на палец.

— Я… Это так неожиданно… – она занервничала.

— Вика, ты станешь моей женой?

На глаза набежали слезы. От счастья и от волнения.

— Боже… я… у меня даже слов нет, – она заморгала часто-часто, посмотрела на колечко на своем пальце и сжала его руки своими. – Да, конечно. Я стану твоей женой.

Он попытался улыбнуться. Сам нервничал так, что даже глоток шампанского в горло не шел. Но Вика согласилась. Самое главное – она согласна! А с ее мамой они как-нибудь притрутся друг к другу. И с магистратурой разберутся.

Владимир приподнял бокал, потянулся к ней и нежно поцеловал в губы. Она отозвалась на поцелуй. В ее глазах плескались тысячи эмоций – счастье, волнение, тревога, любовь.

— Я хочу к тебе домой… – едва коснувшись шампанского, произнесла Вика. – Хочу прижаться к тебе, остаться вдвоем. Чтобы нам никто не мешал насладиться этим моментом. Он принадлежит только нам с тобой.

— Что может быть проще? – его голос стал мягче. – Поужинаем и можем ехать.

И все закружилось, как в тумане – как он оплачивал счет в ресторане, как вместе садились в его машину, как очень быстро оказались на Журавлева.

Вот и полумрак гостиной в дверном проеме, такой знакомый светлый кожаный диван, пушистый коврик. Вика сбросила туфли.

— Не включай свет, – шепнула она Вове. Прижалась к его груди крепко-крепко. Обвила его шею руками. – Я так тебя люблю! Как же хорошо стоять здесь, в темноте, прижимаясь к тебе, вдыхать твой запах и знать, что нас больше ничто не сможет разлучить.

Его губы потянулись к ней, и, впиваясь в рот, безжалостно обрушились чередой поцелуев. Она обмякла под его напором. Оторвалась на мгновение, заглянула в такие любимые серые глаза.

— Возьми меня… Прямо здесь, в прихожей… Я хочу почувствовать тебя внутри, – нащупав ремень на брюках, она потянула его на себя.

Он судорожно выдохнул, резко развернул ее к стене. Прижался к ее спине всем телом. Губы приникли к ложбинке у основания шеи. Рука легла на грудь и медленно сжала. Вторая рука скользнула под платье. Вот пальцы нащупали тонкую резинку трусиков, дерзко отодвинули ее в сторону.