Книга Миллиардер (не) ее мечты, страница 32 – Юлия Бузакина

— Что значит… вся? — запнувшись, в смятении от того, что его ладонь оказалась неожиданно теплой, пробормотала я.

Откинувшись назад, он усмехнулся.

— Именно то, что ты сейчас подумала.

Официант принес горячий шоколад с ромом и сливочные эклеры, и мы замолчали. Поставив перед нами угощение, он тихо удалился.

— Останься, Аня. Здесь ты будешь в безопасности. Я никому не позволю к тебе прикоснуться, — прожигая меня взглядом, медленно произнес Вишневский. — Ты будешь только моей.

От напряжения меня потряхивало. Откровенное предложение взрослого мужчины ввело меня в ступор и не давало правильно мыслить.

Что ж, по крайней мере, он был со мной честен.

На миг наши взгляды встретились, и мое сердце екнуло. В его глазах сквозил азарт – видимо, я чем-то действительно зацепила его прошлой ночью.

Распрямив плечи, я с вызовом перехватила его взгляд.

— Тогда добейся меня, — едва дыша от страха, выдохнула чуть хрипло.

Его губ коснулась хищная улыбка и он поднес мою руку к своим губам.

— Даже не сомневайся, добьюсь, — опалил кожу его жаркий шепот.

От прикосновения его губ я вся горела. Желая скрыть свое смятение,

придвинула к себе горячий шоколад с ромом и отпила глоток. В груди разливалось приятное тепло, но оно было обманчиво.

Где-то глубоко внутри я инстинктивно понимала, что передо мной хищник, который расслаблен лишь снаружи. На самом деле он готовится получить свое. И как только хищник начнет действовать, от него не будет никакого спасения.

Мой взгляд упал на море за окном, и вопрос вырвался у меня сам собой:

— А твоя жена? Где она сейчас?

— Готовится к нашему финальному сражению в суде, — ответил Макар, и его лицо исказила тень. — Ее персона должна беспокоить тебя меньше всего на свете.

Я взяла в руки чашку и отпила еще глоток. Насыщенный и терпкий вкус шоколада с ромом, бесконечное море и поцеловавший меня прошлой ночью незнакомец с пронзительным взглядом голубых глаз внезапно стали новой реальностью.

Откинувшись назад в кресле, Вишневский взглянул на экран в телефоне.

— Твоего отца прооперировали, — сообщил он. — Пока он остается в реанимации и врачи не торопятся делать прогнозов.

Я напряженно сглотнула.

— Он же… не умрет, да? — проговорила едва слышно.

— Я предпочитаю верить в хорошее, — последовал ответ.

Чувствуя себя хуже некуда, я смотрела в окно на беспокойное море.

У меня не осталось ничего прежнего. Мой мир внезапно рухнул, а новая реальность была неприемлема.

— Пойдем наверх, Анна, я покажу тебе твой новый дом, — вывел меня из ступора голос Вишневского.

Я вдруг поняла, что слишком сильно погрузилась в свои мрачные мысли. Он уже покинул свое место и стоит надо мной, а я даже не заметила. Отставив пустую чашку в сторону, я послушно поднялась из-за стола.

Его рука коснулась моей талии, и я снова почувствовала тепло его ладони. Стараясь не показывать своего волнения, я пошла за ним следом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лифт поднял нас на третий этаж. В холле тут же вспыхнул свет, и мы оказались у двери роскошных апартаментов.

— Твои вещи уже принесли, — пропуская меня вперед, Макар указал на одиноко стоящий у двери одной из спален чемодан. — Мои люди отправились в офис на Прибрежную 101. Если нам повезет, мы вернем твои документы.