Книга Враг семьи, страница 82 – Юлия Бузакина

Зато мы много общались, смотрели по вечерам кино у камина, и пока этого было достаточно. Я с удивлением открыла для себя нового Амира – оказалось, что он, как и я, не любит море. Я узнала, что у него есть собственный бизнес – его компания успешно торгует современными спортивными автомобилями в столице, а сюда, на побережье, он вернулся исключительно ради Жанны. Его первая жена погибла, разбившись на подаренной им спортивной машине в день рождения, и после этого он приостановил развитие бизнеса, вложив львиную долю доходов в ночные клубы брата и сестры. Но сейчас с его уст все чаще срывались фразы о том, что он хочет вернуться в столицу, чтобы заниматься тем, что ему всегда было по душе. Ночная жизнь побережья мало его интересовала, а после запретов Мардоре и гибели людей вовсе стала непривлекательной. Удуговы потеряли гостиницу «Меридиан», их клубы закрыли, а чего ждать дальше, никто не знал.

Меня смущало, что мы нашли пристанище в бывшем любовном гнездышке Мардоре и Жанны, но я старалась об этом не думать. В конце концов, если бы Роман захотел, он давно бы уже прислал сюда своих людей. Но почему-то он медлил.

Через несколько дней наконец стало ясно, почему Мардоре не рвется в бой.

Утром в гостиной у большого камина собралась вся семья. В воздухе повисло напряжение. Новостная лента пестрила новыми сообщениями – ранение, которое получил Мардоре, неожиданно дало осложнение. К этому добавилось сильное сотрясение, которое он получил, поскользнувшись на ступенях в погребе. Отныне Роман был прикован к постели и не мог участвовать в выборах.

— Сегодня утром Роман Мардоре снял свою кандидатуру, а это значит, что на выборах может победить наш человек, — в карих глазах Карима сверкнул триумф.

Амир и Жанна переглянулись.

— Это можно расценивать только как подарок судьбы.

— Скорее, подарок бабули, которая удачно приложила его вазой по голове, — Карим усмехнулся. — Как ни крути, а Роман сам виноват в своей болезни. Ему надо было слушать врачей и соблюдать постельный режим, а не скакать по побережью, злоупотребляя сильными обезболивающими. Чего он добился в итоге?

Жанна вздохнула.

— Ничего. Если пойдет заражение крови, он останется без ноги. В этом нет ничего хорошего, но его болезнь сыграла нам на руку.

Карим несколько мгновений внимательно смотрел на сестру.

— Ты не рада?

Она покачала головой.

— Это не важно. Важно то, что его мракобесие, наконец, остановлено. Романа ждет долгое восстановление, а политика не любит слабых. К весне о нем уже никто и не вспомнит. К тому же, с таким осложнением он не сможет занимать свою должность. Печальный конец.

Карим поморщился.

— Не драматизируй. Не конец, а длительный отпуск, который оставит его не у дел.

Жанна не ответила. Она задумчиво смотрела на огонь. В ее взгляде не было радости и триумфа.

«Какая странная штука любовь. Она необъяснима. Ее невозможно вытравить из сердца», — размышляла печально я. Почему-то мне было очень жаль Жанну. Она сумела пронести крохи того, что осталось от любви через все испытания и бережно хранила остатки того пламени в их общем с Романом доме. А теперь Мардоре болен, и ее сердце не спокойно.

Карим перевел взгляд на сидящего в кресле Макса Звездного.

— Макс, поедем на побережье. Пришло время действовать. Выборы через несколько дней, надо добиться, чтобы наш кандидат одержал безоговорочную победу.