Книга Чужая мама, страница 58 – Николь Келлер

Аккуратно, стараясь не скрипеть половицами, спускаюсь с лестницы. В доме царит гробовая тишина. Да оно и понятно: время раннее, выходной, да и большая часть гостей легла вчера очень и очень поздно.

Илью нахожу на веранде, он задумчиво смотрит на окружающую природу и пьет кофе. Тихо присаживаюсь на соседний стул, не нарушая личного пространства и уютной тишины Ильи.

— Доброе утро, — все же тихо произношу я, когда Илья не обращает на меня внимания слишком долго.

Мужчина мельком скашивает на меня взгляд и снова делает глоток кофе. Молча. Понятно, все еще обижается, за ночь не остыл.

— Илья… — предпринимаю еще одну попытку помириться и объясниться с мужчиной.

— Ты завтракать будешь? Я сварил кофе на двоих, там, в доме, еще есть как раз на одну кружку, — равнодушно роняет Илья, и эти его слова как будто проводят черту между нами, перешагнуть которую теперь будет очень непросто.

— Я хотела бы… — не оставляю попыток объясниться. Я хочу, чтобы этот мужчина меня услышал. И понял. Для меня это очень важно. Потому что несмотря на то, что Руслан вновь нарисовался на горизонте моей жизни и то, что он все еще что-то значит для меня, я не хотела бы терять Илью. Потому что за этот короткий срок этот мужчина стал мне близок.

— Завтракай спокойно, не спеши, — сухо добавляет Илья, проходя мимо меня. — Я пока вещи соберу.

С тоской и слезами обиды на глазах смотрю ему вслед. Все же моя жалкая попытка потерпела крах. Мы как будто говорим на разных языках…

Так и не могу заставить себя что-то съесть, и когда Илья приходит с нашими вещами в руках, то застает меня в том же положении, в котором и оставил.

— Ты готова? — интересуется будничным тоном. — Пошли.

— Илья, да подожди же ты! Давай поговорим!

— Ты же так спешила уехать, потому что твой бывший занял все твои мысли, и там совершенно нет места для меня. А, может, все эти месяцы ты держала меня на коротком поводке, потому что все еще хранишь верность ему, а, Вера?! — взрывается Илья, повышая на меня голос и произнося все со злостью, которая плещется из него через край.

Я отшатываюсь, как будто меня ударили. Таким я вижу мужчину в первый раз. Даже когда у него были проблемы на работе, даже когда его коллеги сильно косячили, и ему приходилось, засучив рукава разбирать все дерьмо, он не был таким пугающим и злым.

А сейчас передо мной совершенно незнакомый мужчина. Рядом с которым я боюсь находиться, не то, что ехать в одной машине.

— А что ты думала? — продолжает Илья, очевидно, не замечая, что делает мне больно произнесенными словами. Гораздо больнее, чем если бы он резал меня ножом. — Что я, как верный рыцарь, буду ждать твоей милости?! Или до свадьбы «ни-ни»? Я должен быть запасным аэродромом, пока ты разбираешься со своими чувствами и думаешь, не вернуться ли тебе к бывшему?!

— Хватит! — кричу, закрывая уши руками и зажмуривая глаза. — Остановись, пожалуйста!

Илья действительно прекращает свою показательную «порку». Я в шоке из-за того, что он раздул из мухи слона и устроил скандал… из ничего. Ведь я не обязана быть его подстилкой или средством для удовольствия, снятия напряжения только по одному щелчку пальцев! В конце концов, я — живой человек, и мне свойственны сомнения, душевные переживания…

— Садись в машину, Вера. И давай, пожалуйста, без истерик. У меня была тяжелая ночь.