Книга Семья со сроком годности, страница 27 – Алика Фортис

Приплыли, блять.

Говорить о том, что раскладываю жену во всех позах только в своей голове, не стал. Лишняя информация. Да и разговор свернул в бессмысленное русло.

— Прикрой рот, Карин.

— Так, значит? А раньше тебя мой рот возбуждал и ты наоборот, просил его открыть. – выплюнула едко.

— Меня возбуждал рот, который не нёс хуйни. Сейчас это не про тебя.

— Ну и тварь же ты, Войницкий.

На это только развёл руками.

Говорить что-либо ради провокации низко. Оправдываться, в целом не мой конёк. Может, и тварь. Что выросло, то выросло.

На какое-то время за столиком повисло молчание.

— Мы можем поехать ко мне. – выдавила Карина, смотря просяще.

— Не можем, Карин. Я женат.

И дело не в том, что я решил блюсти верность фиктивной жене. Просто пора поставить окончательную точку. Ни к чему не приведёт растягивание. Уже не привело.

— Да пошёл ты! Пожалеешь ещё. Отвечаю, пожалеешь. Меня всё равно не забудешь, не сможешь. Она, не я. Жалкий суррогат. Удачи оставаться. – встав из-за стола, поправила платье и, метнув в меня взглядом молнии, пошла на выход.

Примерно этого я и ожидал от этой встречи. Слишком хорошо знаю Карину.

Кинув на стол деньги, тоже ушёл.

Уже по пути к дому, снова зазвонил телефон. На этот раз, звонок из клиники, где лежит Марк.

Предчувствие – говно. Но принял вызов, слушая слова врача.

Глава 11.1

Афина

Открыв глаза, прислушалась к тишине.

Перевернувшись на другой бок, с шумом втянула воздух в лёгкие. На второй половине кровати пусто. Ратмир так и не вернулся домой.

Посмотрела на часы. Начало первого ночи.

За всё недолгое время, что я здесь живу, он ещё ни разу не ночевал где-то вне дома.

И вроде бы поводов расстраиваться у меня нет. Ревновать, так тем более.

Но отчего-то одна лишь мысль, что он с девушкой, неприятно скребла за грудной клеткой.

Сегодня, когда Маруську спать уложила, ещё посидела, подождала его. Потом ужин убрала и всё равно ждала.

А сама будто чувствовала, что не придёт. Ну он и не пришёл.

Сделав парочку глубоких вдохов, поднялась с постели. Сон какой-то рваный и неглубокий. Такими темпами завтра на парах я буду лбом подпирать учебный стол. Точнее, уже сегодня.

Бесшумно вышла из спальни. Пройдя на кухню и не зажигая свет, включила чайник. Надо чая с мёдом выпить. Может, уймётся внутренний мандраж.

Но не успел чайник вскипеть, как я застопорилась на месте. Сразу не придала значения, что на кухню слегка тянет сигаретным дымом. Так бывает крайне редко. Только когда Мир ночью покурить на балкон выходит. А так обычно дома не дымит, чтоб Маша не дышала.

Вглядевшись в темноту, увидела, как на балконе мелькает тлеющий огонёк сигареты.

Одёрнув длинную футболку, надетую на манер ночнушки, аккуратно приоткрыла дверь балкона и зашла внутрь. Поплотнее обратно закрыла, чтоб дым в квартиру не тянуло.

Ратмир на моё появление никак не отреагировал.

Сидел на полу, согнув ноги в коленях и положив на них руки. Затылком упирался в стену.

— Ты дома? – и судя по количеству окурков в пепельнице, уже давно.

На полу стоит начатая бутылка то ли виски, то ли коньяка. В полумраке не разобрать.

— Как видишь. – ответил не глядя.

— Что-то случилось? – спросила, обнимая себя за плечи.

— С больницы звонили. – прежде чем он заговорил дальше, у меня внутри всё обмерло. – У Марка была остановка сердца.