Книга Развод. Ты мне изменил, страница 42 – Виктория Вестич, Кира Вербицкая

И я понимаю: мне конец.

Теперь уже точно.

Я не знаю, что сказать. Всё так очевидно, что никакое оправдание не сработает. Да и Карим оказывается передо мной слишком близко за какую-то секунду.

Хватает за руку и дёргает к выходу с таким видом, словно прямо сейчас меня убьёт, стоит нам оказаться за дверью.

Я вся сжимаюсь практически в маленькую точку, упираюсь ногами, но толку ноль. Булатов легко тянет меня за собой.

— Нет, стой… — едва слышно бормочу севшим голосом.

Что со мной сейчас будет? Снова останусь наедине с мужем, которого выбесила окончательно, от одной мысли меня бросает в ледяной пот.

— Я просто…

— Просто что? Пыль решила на люстре протереть? Она спелась с Мурадовым и что-то там сейчас спрятала! — перебивает меня Борис, — Ленка, залезь-ка на пуф и проверь, что там!

— Эм, с-сейчас… — Лена неловко кивает и уже хочет послушаться, делает шаг к пуфику.

У меня аж сердце в груди сжимается, а затем наоборот, начинает так быстро биться, что дыхание спирает. Только не это!

Лена ставит ногу на пуфик, когда я уже у двери с мужем. Но тут Карим останавливается и цедит ледяным тоном:

— Вообще-то, здесь я раздаю указания, а не ты, Борис. Исчезни отсюда, пока я не поговорю с Мариной. Ребёнка ещё разбудишь своим шумом, — Булатов крепче сжимает мою руку, до боли, и испепеляет взглядом Бориса. Так, словно сейчас накинется на него, если тот не послушается…

Но начальник охраны сразу весь запал теряет и ретируется из комнаты даже раньше нас, грубо задевая меня плечом.

Поджимаю губы и встречаюсь взглядом с Каримом. Почему он выгнал Бориса? Они сейчас могли получить стопроцентное доказательство, что я в сговоре с Амиром. Но муж будто не верит, что внутри люстры что-то есть, хотя меня буквально поймали, когда я слезала с пуфика.

— Лена, поставь пуф на место и делай свою работу: просто следи за ребёнком. Никого не пускай, пока я не вернусь, — даёт очередное указание Булатов и снова тянет меня за собой.

Мы быстро пересекаем коридор, идем мимо нашей спальни и других комнат. Я едва поспеваю за Каримом, но он неумолимо тащит меня за собой, не собираясь ждать, кажется, даже если я упаду.

Останавливается лишь перед своим кабинетом, заталкивает меня внутрь и только потом заходит сам.

Запирает нас и вот мы остаемся наедине. Разворачивается к Булатову лицом. Мы смотрим друг другу в глаза. Мне страшно… делаю шаг назад от мужа, но он не дает и шанса сбежать. Молча наступает на меня, как хищник, загоняющий жертву в угол.

Он… снова будет орать? Или… даже ударит? Я не знаю, чего ждать от Карима теперь, когда случилось всё это. Вжимаюсь поясницей в стол. Руки Булатова закрывают мне пути отхода, упираясь по обе стороны от моей талии.

Карим склоняется к моему лицу, тут же жмурюсь. Он сейчас будет орать, точно.

Чувствую, как всё тело дрожит, готовясь к очередной порции стресса. Но вместо крика…

— Котёнок… — Карим неожиданно говорит таким мягким голосом, каким обращался ко мне в самом хорошем расположении духа.

Я вздрагиваю всем телом и в шоке распахиваю шире глаза. Муж всматривается в мое лицо внимательно, словно хочет считать малейшую эмоцию.

— Ты правда разговаривала по телефону с Амиром?

— Я… нет… — шепчу едва слышно.

Не собираюсь говорить правду, я же не враг себе. Но Карим так пристально смотрит в глаза немигающим взглядом, что хочется отвести их или виновато опустить в пол.