Книга Носорог, страница 92 – Лина Филимонова

— Я просто… нам же еще с родителями знакомиться!

Вижу, ее аж трясет от этой мысли.

— С рыбалки вернемся, и познакомимся, — спокойно говорю я.

И обнимаю свою пугливую женушку.

— Да не съедят они тебя! — говорит моя сестра. — Татуировок у тебя нет, на мотоцикле не гоняешь, профессия нормальная… Ты же в рекламном агентстве работаешь?

— Ага, — кивает Мышка.

— Ты им понравишься, — выносит вердикт Маруся.

— Ни секунды в этом не сомневаюсь, — подтверждаю я.

— А Эмилия… она им нравилась?

— Людка-то? Неа. Терпеть ее не могли. Но при Кеше молчали. Только губы поджимали и глаза закатывали.

Мы с Марусей хохочем. А Мышка и Кабан все равно сидят напряженные…

* * *

Я забронировал домик на озере. На другой стороне, не там, где обычно бываю. Пожалел Мышку. Я-то обычно живу в палатке, и мне плевать на отсутствие душа и туалета.

Я там дичаю. И мне это нравится. Мне это просто необходимо! Хотя бы пару раз в год. Сбросить с себя налет цивилизации, почувствовать себя пещерным мужиком. Или вообще — диким лесным зверем.

— Вот тут мы будем жить, — демонстрирую Мышке нашу лесную хижину.

— Тут даже душ с туалетом есть! — радуется она.

— Ну так!

— Мне нравится. Я ожидала худшего. Гораздо худшего!

— Все для тебя, моя радость.

Я выхожу на веранду, с которой открывается вид на озеро. Вдыхаю терпкий лесной воздух. Мои легкие наполняются и расширяются. Плечи расправляются, руки и ноги наливаются силой, в башке — головокружение от ощущения дикой свободы. Мне даже кажется, что у меня во лбу вырос рог, а из копчика торчит хвост. И я бью копытом…

Короче, я слегка зверею.

— Как тут красиво! — восхищенно восклицает Мышка, незаметно подкравшаяся ко мне на своих мягких лапках.

На что я издаю глухой рык, забрасываю ее на плечо и, распахнув дверь, вношу в дом.

Моя!

Моя добыча. Моя женщина.

— Ты чего? — испуганно лепечет Мышка, которую я бросаю на кровать и зубами срываю одежду.

— Не бойся. Просто в лесу я немного другой…

Я мгновенно освобождаюсь от одежды. Мышка в кровати, уже голая, с торчащими розовыми сосочками, со сведенными ножками, которые сейчас раздвинутся для меня… Самое потрясающее зрелище на свете.

Отбросив джинсы, я приближаюсь к ней — естественно, с торчащим, вибрирующим от дикого желания членом. Не падаю на нее, а тяну ее к себе. Она безропотно подчиняется, садится на кровати, поджав под себя колени.

Я сжимаю ладонью ее шею. Она облизывает губы глядя на меня снизу вверх. И мне хочется сжать ее еще сильнее… Мне хочется выпустить на волю своего внутреннего зверя, быть грубым и жестким.

Просто потому, что это во мне тоже есть. И это тоже выражение моей любви.

Губы Мышки на моем члене. Я не выдерживаю, резко и ритмично толкаюсь ей в рот, одновременно надавливая на затылок. Вижу ее удивленные и возмущенные глаза, но останавливаюсь не сразу. Она закашливается, я ослабляю хватку, позволяя ей отдышаться.

— Слишком грубо?

— Да!

Я хочу извиниться, но Мышка неожиданно шепчет:

— Продолжай.

И в этом хриплом шепоте я слышу скрытую дерзость. А в ее глазах с угольно-черными расширенными зрачками пляшут языки пламени.

Эта ее покорность… Эти черти в глазах… Эти розовые губки, которые она облизывает, глядя на меня, как самая послушная девочка…

Это охеренно.

Она понимает моего зверя. Она дразнит и заводит его.