Онлайн книга «Носорог»
|
Она фыркает. А я расстегиваю первую пуговичку на ее нежно-розовом платье. Этот цвет сводит меня с ума с первой секунды! Потому что я знаю — он точно передает оттенок моих любимых маленьких аккуратных сосочков. Которые я прекрасно успел разглядеть, когда пьяная Мышка бросила в меня лифчик. Да, я фетишист. Я чокнутый маньяк. И сейчас я, наконец, доберусь до моей прелести… — Кеша… — Соня… — Дверь… Я вскакиваю, закрываю дверь на замок, возвращаюсь — а эта зараза уже застегнула пуговичку обратно! — Мы же не будем здесь… — лепечет она. — Здесь? Мы что, психи? Соня хихикает. А я расстегиваю уже третью пуговичку… Глава 29 Кеша У нее и лифчик розовый. Она все подбирает под цвет сосков! Маньячка… Где там эта застежка? Как она расстегивается? Там, что сейфовый замок? Да я сейчас прогрызу этот гребаный розовый сейф! Из моей груди вырывается глухой рык. — Не рычи… — шепчет Мышка. И сама заводит руку за спину. Одно движение — лифчик летит к чертям. А я… нет, я не набрасываюсь на розовые зефирки. Сначала я просто смотрю на них в немом нечеловеческом восторге. Маленькие нежные бутончики. Которые прямо на глазах набухают от моего взгляда… А мой озверевший носорожий рог разбухает так, что джинсы трещат по швам. Я слышу этот треск! Я облизываю губы, глядя Мышке в глаза. Она, смущенная и раскрасневшаяся, задерживает дыхание. А я наклоняюсь и облизываю правый сосок. Боги… Я умер. И вознесся на небеса. Оказывается, вкус тоже может быть нежно-розовым. Как зефир. Как ванильно-клубничное суфле. Это правый. А левый — как легкое облачко мороженого из розовых лепестков… Я нежно щекочу языком один, ласкаю кончиками пальцев второй, чувствую, как Мышка выгибается мне навстречу и запускает свои острые коготки в мою шевелюру… Кайф! Она стонет. Она дрожит и истекает соком. Откуда я это знаю? Моя рука уже в ее трусиках. — Кеша, — выдыхает она. — Мы же не будем здесь… — Мы нет. Только ты. — Только я? — Я просто хочу, чтобы ты испытала настоящий стоматологический экстаз… На эту мою фразу Мышка хихикает. А я обнаруживаю, что нее и трусики розовые. Кружевные. А под ними… Я теперь даже не знаю, что я люблю больше. Розовые бутончики сосков или набухшую, источающую сладкий сок розовую фиалку… В которую я жадно запускаю свой язык. Естественно, для исследования… Да, поза неудобная. Но я готов получить вывих седьмого позвонка. Пытаюсь устроить Мышку поудобнее в кресле. Вот так. Нет, вот так… Все же оно не для таких манипуляций задумано. Я опускаюсь на колени и дергаю Мышку на себя. Ее ноги на моих плечах. Голова запрокинута назад, она хрипло стонет, когда я втягиваю губами ее нежные розовые губки. Я раздвигаю складочки, погружаю язык в самую сердцевину, пью фиалковый сок… Нащупываю трепещущую горошку, дразняще ласкаю ее, обвожу языком, вдавливаю и щекочу. А потом на пару секунд останавливаюсь… — Нравится? — Да! — хрипит Мышка. Какой сладкий стон… — Еще? — Еще… — повторяет Соня. А потом вдруг замирает. — Нет. — Нет? — удивляюсь я. — Иди ко мне, — шепчет Мышка. — Я хочу тебя… в себе. Джинсы трещат под натиском таранящего их рога. Я вскакиваю, поднимаю Мышку на руки, переношу ее на подоконник. Голую. Дрожащую. Прижимающуюся ко мне всем телом. В голове туман и белый шум. Я ничего не соображаю. Дергаю ремень, он заедает… да что сегодня за восстание одежды! |