Книга Зайка для Серого. Враг моего отца, страница 75 – Лина Филимонова

Он явно не в адеквате. И, я уверена, у него все еще чешутся кулаки. И он готов их чесать…

— Ариш, иди отсюда, - говорит мне Сережа. - Пожалуйста. Я тебя очень прошу. И ни о чем не волнуйся. Никто никого не убьет. Все будет хорошо. Я тебе обещаю!

— Я не уйду, - произношу твердо.

— Ариша.…

— Я останусь здесь!

— Тебе сейчас нельзя волноваться, - успокаивающе продолжает Серёжа. - И не надо смотреть на все это. Мы во всем разберемся, просто ему надо выпустить пар. Я переживу, я выносливый.

— Почему это ей нельзя волноваться? - сразу же встревает мама.

Она безошибочно выделила самую главную фразу в его монологе.

Мы с Серёжей быстро переглядываемся. Мама это замечает. Кажется, она уже всё поняла.…

И поэтому побледнела. И схватилась рукой за колонну. И пытается что-то сказать, но не может.

— Зайка, ты чего? - бросается к ней папа.

— Вар, прекрати его бить. Он нам еще пригодится….

Риша

— Ты зачем его драконишь? - наезжаю я на на Сережу.

— Надо же хоть как-то душу отвести. А то мне рожу бьют, а я сдачи не даю.

— Спасибо, что не даешь!

Целую его в щеку. Ловлю свирепый взгляд отца, которого сейчас успокаивают мама и дядя Кеша Носорог.

— Ну и потом, я думал, что так он быстрее пар выпустит.… Это важная часть переговоров. Когда базаришь по-мужски.

— Сработало?

— По ходу, нет.

Мы оба видим, что отца еще не отпустило. Он очень-очень далек от принятия того факта, что его дочь встречается с его же злейшим врагом, наркобароном и бандюганом Сергеем Северским.

Хорошо хоть про беременность еще не понял. В отличие от мамы.

И да, мне тоже начинает казаться, что отец потерял нюх.

Похоже, он слишком ошарашен новостью. Ему нужно время, чтобы привыкнуть и хоть как-то смириться.

— А что за разговоры про оранжерею? - спрашиваю я.

— Да твой батя немного погорячился.…

Отец уже рядом. Вместе с мамой и Носорогом.

Кажется, у нас наступает новый раунд переговоров.

— В смысле - погорячился? - спрашиваю я.

— Погорячился, - бурчит папа.

Сережа переглядывается с моим отцом. И оба не произносят больше ни слова на эту тему.

Они странно себя ведут! Как будто у них есть общий секрет… Но это невозможно!

Я смотрю на маму: может, она мне что-то объяснит? А она - кивает на мою руку.

Кольцо. Она его увидела. Может, кстати, уже давно. Мама у меня очень наблюдательная.

Она качает головой. И я понимаю, что означет этот её жест.

Она все поняла. И про помолвку, и про беременность. И она просит меня пока не говорить отцу.

Наверное, считает, что надо как-то подготовить его к еще двум шокирующим новостям. Может, она права…

— Говоришь, не торгуешь наркотой? - обращается мой отец к Сереже.

— В отличие от тебя.

— Что, бля? Ты совсем берега попутал?

— Ага. Все знают, что ты уважаемый человек в городе. Белый и пушистый. Но ходят и другие слухи.…

— И все знают, кто их запустил!

— Один-один? - произносит Серёжа.

— Ни хрена! - рычит отец.

— Придется договариваться.

— Какого хрена я должен договариваться с шелупой подзаборной?

— Папа! - встреваю я. - Выбирай выражения!

Отец оборачивается на меня.

— Ты едешь домой. Сейчас!

— Но папа…

— Ты все еще моя дочь. И ты все еще живешь в моем… в нашем доме!

Я не спорю. Не ору. Не возражаю.

Я просто смотрю на него. И именно сейчас очень ясно вижу - да, он постарел. Может, как раз сегодня у него прибавилось морщин и седых волос.