Книга Заболеть на всю жизнь тобой..., страница 44 – Надежда Жирохова

— Дана, телефон — Диана подает мне его в руки и я, извинившись перед Антоном, отхожу в сторону.

— Тебе уже хватит пить, — шепчет мне Диана, — он уже буквально раздел тебя взглядом и уложил на ближайший лежак.

В моей руке вибрирует телефон, но я не обращаю внимания.

— Может быть и стоит попробовать?

— Ты серьёзно? Возьми уже трубку.

На немного шатающихся ногах, я отхожу в сторону, и провожу пальцами по экрану, смахивая вверх. Я даже не слышу, что мне говорят, лишь вибрацию голоса. Клим неотрывно смотрит на меня. Морщинка между его бровей заламывается, он хмурится. Секунда и контакт разорван. Он смахивает мокрые пряди с лица и слишком резко отворачивает голову.

— Дана, ты слышишь меня?

Только сейчас осознаю, что я все это время молчала. Прочистив горло, выдыхаю:

— Да, Петр Андреевич, что-то срочное?

— Я бы не стал попусту беспокоить, мы нашли его.

— Кого? — Мой голос осип.

— Того, кто практически выкопал нам яму. Мы одной ногой банкроты, ваш отец будет в бешенстве.

— Имя, Петр Андреевич, назовите его имя.

— Радов Клим. Хотя, вряд ли, тебе его имя о чем — нибудь говорит.

Наблюдаю, как мой телефон медленно падает на холодную плитку и, с грохотом, разлетается по запчастям.

Клим Радов …

Глупая Дана! Он опять решил поиграть ….

ГЛАВА 21

Ветер раздувает мои волосы, и неяркий свет от фонаря освещает ветхое здание. В темноте оно кажется еще более зловещим. Карканье птиц усугубляет и без того критическую ситуацию. Я не понимаю, почему я приехала сюда… Выхожу из машины и смотрю на мрачную девятиэтажку, пытаясь унять нервную дрожь. Рой мурашек прокатывается по моему телу от кончиков пальцев до кожи головы. Поднимает волосы, как будто у меня температура под сорок. Мне страшно, но я двигаюсь вперед. Делаю маленькие шаги, сокращая расстояние и захожу в подъезд. Запах сырости моментально вбивается в ноздри. Что, черт возьми, происходит? И зачем я здесь? Лестница ведет вверх, кое где отсутствуют ступеньки, и я переступаю через них, стараясь не упасть.

— Клим, — шепчу в темноту.

Берусь руками за покосившуюся дверь и захожу в темное, сырое пространство.

Резкий крик и карканье птиц практически сносит меня с ног. Хватаюсь за косяк и чувствую, как сердце уходит в пятки.

— Клим, ты здесь?

Темная фигура надвигается на меня так стремительно, что я не понимаю, как оказываюсь впечатана в ближайшую стену. Взвываю от боли, и мой рот накрывает его рука. Мне жутко неудобно, слезы брызгаю из глаз. Пытаюсь вырваться и застываю, встречаясь с его бешеным взглядом. Он зол, настолько, что я вижу огонь в его глазах. В них горит бешенство.

— Ты думала, что я тебя отпущу? — Произносит он, наклоняясь, и обдавая меня своим дыханием.

Отшатываюсь назад, роняя слезы, и судорожно хватаю ртом кислород.

— Выпусти меня, я никому не скажу, возьму этот грех себе на душу, — шепчу ему прямо в губы.

Он проводит рукой по моей шее, я чувствую кожей его шершавые пальцы. Сглатываю, и задерживаю дыхание, пытаясь унять нервную дрожь. Все тщетно, в его руках я безвольная кукла, которую запросто можно сломать.

— Сейчас мой ход, Дана, — хрипит он, не отрывая от меня своего черного, как ночь взгляда, — время пришло, ты же не думала, что я спущу тебе все это с рук?

Я снова кричу и дёргаясь всем телом, распахиваю глаза. Смахиваю мокрые пряди с лица и резко сажусь на кровати.