Книга Заболеть на всю жизнь тобой..., страница 23 – Надежда Жирохова

— Дана, — резкий оклик, и я застываю на месте.

Распрямляю плечи, настолько сильно, что начинает ломить лопатки, и медленно оборачиваюсь. Клим в спешке закидывает рюкзак за плечо и бодрым шагом двигается в мою сторону. Он даже и не думает смотреть вниз или в сторону, его взгляд направлен прямиком в мои глаза. Слишком резко и слишком смело, точно зная, что будет делать и говорить. Я же трясусь, как осиновый лист, не понимаю, как с ним вести себя, в моей голове каша. Мне хочется взять хоть малую толику его спокойности. Куда делась моя смелость, просто не пойму?

— Прости, меня тренер немного задержал, впереди соревнования, — произносит Клим, подходя ближе, — Ты голодна?

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но голос меня не слушается. Вижу, как хмурится его лоб. Затем широкие ладони опускаются мне на плечи и он, резко выдохнув, притягивает меня к себе.

— Ну что за дурочка, Дана, я не играю, на этот раз. Больше не хочу этой войны, давай попробуем общаться нормально.

Уткнувшись в его шею, я киваю, а Клим гладит меня по голове.

— Я поеду вперед, а ты давай за мной, покажу тебе одно местечко.

Пока я двигаюсь за ним, никак не могу успокоиться. Сжимаю нервозно руль и чувствую, как покалывают пальцы. Что, черт возьми, случилось? Почему я не могу в нем разобраться? Почему не могу доверять?

Маленькое кафе с вывеской «У Арчи», наполнено уютом. Я даже забываю, когда была в таком заведении последний раз. Большие панорамные окна и мягкие разноцветные кресла, ковры на полу- все это воспринимается душевно. Никогда бы не подумала, что Клим любит посещать такие места. Мы располагаемся друг напротив друга, и Клим, задумчиво, потирает виски.

— Я тебя не узнаю, где же боевой настрой и сотни вопросов? — Его голос отдается вибрацией где-то глубоко внутри меня. Я и сама себя не понимаю, откуда берется эта робость. Он единственный, с кем я боюсь сказать и сделать что-то не так. Страшусь разрушить этот момент. Слишком много было с моей стороны ошибок. Я виновата перед ним.

— Почему именно сейчас? С чего такие перемены? — Проговариваю я медленно.

Клим несколько раз моргает, затем снова фокусируется взгляд на мне.

— Потому, что не мог забыть тебя все это время. Устроит такой ответ? Взгляд Клима слишком пристальный, чтобы не растеряться. Он только что признался, что его также тянет ко мне. Какое-то щемящее тепло зарождается внутри, и я, как идиотка, улыбаюсь.

— Мир! Я даже не думала, что когда-то настанет этот момент.

— Верните мне ту наглую девчонку, хотя нет, пусть все остается как есть.

— Очень зря надеешься, что я исправлюсь, я просто пока присматриваюсь к тебе.

Смущение отступает, заменившись кокетством, и я первый раз открыто улыбаюсь ему. Я доедаю десерт. Клим же заказал себе стейк и опустошил содержимое еще до того, как мой салат был подан на стол. За этот недолгий промежуток времени я узнаю очень многое о нем. Именно сейчас это кажется важным. Клим настоящий кофеман, любит подольше поспать, а еще обожает гонки. Мать его оставила, когда он был совсем малышом, но он особо не распространяется на эту тему. Я даже замечаю, когда он говорит о ней, его глаза приобретают какой-то совсем другой оттенок.

Мы целуемся, кажется целую вечность, так отчаянно, и в то же время сладко, что я не хочу его отпускать. Клим в моей машине и сейчас тяжело дышит в мой висок.