Книга Дурная кровь, страница 41 – Надежда Жирохова

— Тера, милая, мы чуть с ума все не сошли. Как же ты так?

Я пытаюсь вспомнить аварию, напрягаю свой мозг, но ничего не получается. Пустота. Последнее, что помню, это как сидела на занятии и переписывала конспект.

— Как я попала в аварию?

— А ты совсем не помнишь? — удивлённо переспрашивает доктор.

— Нет. Вообще ничего…

Мама перестаёт плакать и замирает, а доктор задумчиво потирает подбородок.

— Тера, что ты помнишь? — спрашивает доктор.

— Все, я все помню, но аварию нет.

— Ты была с Картером, он сказал, что ты села за руль и не справилась с управлением, — практически кричит мама.

— С кем? — переспрашиваю я, — это имя мне не знакомо.

— Тера, девочка. Посмотри на меня. Ты знаешь, кто я? Ты меня узнаешь? — мама буквально визжит.

— Конечно знаю, я же не идиотка. Ты моя мать, ещё у меня самый замечательный отец и брат, которых я безумно люблю.

— Кто ещё? Кто есть у тебя ещё? Перечисляй всех.

— Мама, успокойся. Я всех помню.

— Тера, перечисляйте, — говорит доктор.

Черт, они меня за дуру держат.

— Подруги есть. Холи, Челси и ещё Иви, но она не совсем подруга. И лучший друг, Эден. Так же Оливер. Ещё перечислять? — хриплю я.

— Да, кто ещё есть?

— Мама, я всех помню, даже гадкого жука, Кинга. Хватит, я не потеряла память, я просто не помню саму аварию.

— Давайте не будем на неё наседать. Девочке нужна передышка.

— Один вопрос, и я отстану, — мама, явно, слишком напряжена.

— Хорошо, один вопрос, — выдохнув, говорит доктор.

Я закатываю глаза в потолок, а головокружение усиливается. Как будто трут наждачной бумагой все извилины.

— Кто наши соседи?

Я перевожу взгляд на мать и, в шоке, замираю. Даже мозг пытаюсь напрячь, но в упор не могу вспомнить, кто наши соседи.

— Мы с ними не знакомы? Я...

— Тера?

— Я не знаю, кто наши соседи.

Опускаюсь на подушку и прислоняю пальцы к вискам.

— Отдохни немного, если что, сбоку кнопка вызова. Что-то захочешь, сразу нажимай.

Доктор ещё что-то говорит, но тяжесть наступает стремительно. Глаза сами по себе закрываются. Я кажется сплю, но голоса никуда не уходят.

— Она спит?

— Да, я ввёл ей снотворное. Организм должен отдыхать.

— Мистер Чарльз, она забыла его. Того, кто портит ее жизнь, и я хочу, чтобы никогда не вспоминала.

Наверное, мне это снится, хочется перевернуться на бок и увидеть другой сон, но я не могу этого сделать.

— Про кого вы говорите?

— Он плохой мальчишка. Я уверена, все, что случилось с моей девочкой, это из-за него. Я каждый день молилась о том, чтобы она вычеркнула его из своей жизни, и он услышал мои молитвы. Пусть так, но, уверяю вас, это к лучшему. Он испоганит ее жизнь, да что говорить, уже чуть ее не убил. Я не хочу, чтобы она вспоминала.

— Если она помнит все, но не помнит лишь одного человека, это значит, что перед ударом головой, Тера старательно уже вычеркнула его из своей жизни. Мозг — это сложная штука, при большом стрессе и не такое случается. Я не могу на сто процентов вам сказать, что память к ней не вернётся, но, если вы хотите, чтобы так все и оставалось, нужно ей о нем не напоминать.

— Я все сделаю, обещаю. Выкину из нашего дома все, что связывало их. Поговорю с ее друзьями, если это поможет.

— Если этот мальчишка постоянно крутится вокруг неё, то его вы убрать не сможете. Он обязательно появится в ее жизни.