Книга Другая я, страница 38 – Анетта Невская

Она обняла лицо сына ладонями.

— Все будет хорошо, сынок, — она поцеловала его в лоб, и ей стало невыносимо больно за сына. — Мы обязательно обо всем поговорим.

Виктория прошла вглубь дома. Она осмотрелась. Внешне ничего не изменилось, только стало очень тихо. Не слышно ни звука телевизора, который сопровождал каждый вечер в гостиной, ни громких деловых разговоров по телефону, которые никогда не прекращались.

Этот дом и раньше не был шумным, каким бывают дома с семьями. Может, их семья и семьей–то никогда не была.

Ивана она нашла в гостевой спальне на первом этаже. Комната была небольшой, но имела всё необходимое для комфортной жизни. Скорее всего, муж обитал там уже не одну неделю, так как подниматься по лестнице на второй этаж ему было не по силам.

Если, конечно, его болезнь не манипуляция.

Когда Виктория вошла в комнату, то поняла, что дела действительно плохи. Сильно пахло лекарствами. Иван лежал на двуспальной постели и почти сливался с белым цветом белья.

Увидев, что она вошла, он молча проводил ее взглядом, пока Вика не присела на край кресла возле окна.

— Пришла, — тихо произнес он, как констатацию факта, а не вопрос.

Вика посмотрела на мужа. Он выглядел немощным стариком. Реши она сейчас положить ему на лицо подушку, он, скорее всего, даже не сможет сопротивляться.

В спальню вошел Никита.

— Почему его не забрали в больницу? — она подняла глаза на сына.

— Папа категорически отказался, — ответил Никита. — Он решил, что мы с тобой вдвоем за ним присмотрим. К тому же, к нему каждый день будет приходить медсестра. Да и доктор будет с нами на связи. Если будут ухудшения, его срочно госпитализируют.

— Он решил, говоришь, — она перевела взгляд на Ивана. Выражение лица мужа было нечитаемым. Она не стала ничего выяснять при Никите, отложив это на несколько дней позже.

Вика боялась, если она сейчас начнет ссору с Иваном, то муж по ее вине может отдать богу душу. Поэтому пусть будет так, как есть: она проведет несколько дней в этом доме. Ей очень хотелось побыть рядом с сыном. Поэтому, она готова была потерпеть полумертвого Ивана, который в таком состоянии не представлял для нее опасности.

Только бы выяснить что–то про Артура… Иван молча продолжал за ней наблюдать.

Вика дождалась, пока Никита выйдет, и задала мужу прямой вопрос:

— Где Артур?

Иван беззвучно засмеялся. Он поманил пальцем Вику к себе, чтобы она лучше его расслышала.

— Ты спрашиваешь мужа, где твой любовник? — он смотрел прямо ей в глаза.

Вика, приблизившись, поставила руки по обе стороны от его головы и, почти касаясь губами его щеки, четко произнесла:

— Да, гребаный ты тиран. Я спрашиваю, где Артур? Что ты с ним сделал?

Иван медленно вдохнул аромат ее духов.

— Где бы он ни был, я не имею к этому никакого отношения, — ответил он.

Вика, резко поднявшись, кинула на него короткий взгляд и вышла из комнаты. Она еще раз попробовала позвонить Артуру, но его телефон был по–прежнему отключен.

Виктория вышла на веранду, где сидел ее сын с сигаретой в руках.

— Начал курить? — спросила она Никиту.

— Так, балуюсь немного, — ответил он, усмехнувшись. — Ты против?

— Твое здоровье, — сказала Вика, улыбнувшись в ответ. — Ты не в моей власти с тех пор, как тебе исполнилось восемнадцать.

— В восемнадцать я еще не курил, — Никита погасил сигарету и бросил окурок в хрустальную пепельницу.