Книга Дикий соблазн, страница 76 – Тата Кит

Мне больно даже просто подумать о том, как они плакали и как испугались, пока всё это происходило.

А я ещё, дура, именно в это время, скорее всего, весело поигрывала на укулеле в автосервисе, в компании абсолютно постороннего мне парня.

Парня, у которого, судя по всему, есть девушка. Веселая, живая, яркая. Такая у него и должна быть.

А не я — будущая разведенки в двумя детёнками.

Зачем ему это? Он ещё молод. Ему бы ещё пожить эту жизнь, насладиться, а не нырять в бытовуху с двумя детьми, к тому же еще чужими.

Пора перестать думать о нём и о том его признании. Уверена, он сам уже пожалел о том, что ляпнул лишнего.

Вечером, когда мы с детьми уже поужинали пиццей и просто тихо играли в зале на полу, периодически поглядывая телевизор, я услышала, как входная дверь в квартиру открылась.

В глазах детей отразился страх — они тоже это услышали. Побросали игрушки и прижались ко мне.

В венах закипела кровь. Я не собиралась так просто сидеть и смотреть на то, как Дима невозмутимо возвращается в мою жизнь и в жизни детей.

Я вновь решила действовать.

Сегодня утром я вообще решила, что ничего и никогда больше терпеть и откладывать на потом не буду.

Это слишком дорого обходится мне и, как выяснилось, ещё и детям.

Поэтому мягким голосом я убедила детей остаться в зале на диване, а сама вышла в прихожую, готовясь бороться за свой покой и благополучие до последнего клочка волос.

И какого же было моё удивление, когда вместо Димы я увидела его маму.

— О! Выперлась, стерва, — бросила она едко, едва меня увидев. — Телефон тебе на что? Жопу свою фотографировать? На звонки отвечать не учили?

— Вы что-то хотели Римма Алексеевна? — с фальшивой вежливостью я держала улыбку.

— Быстро надела свои портки вонючие и забрала своё идиотское заявление, — командным тоном она раздала приказы, при этом элегантно держа маленькую сумочку на сгибе локтя. — Совсем ума нету, что ли?! Заявление на мужа писать, за то, что он детей ремнем воспитал? Всех так воспитывают! Одна ты, идиотка, цветы тепличные выращиваешь. Растут тупые и никчемные.

Я бы похвасталась ей, что Демьян единственный в группе, кто уже умеет читать, и даже рассказала бы, что Алиса единственная, кто в своей группе малышей умеет чисто разговаривать и обладает хорошим словарным запасом, но есть подозрение, что свекровь этого не оценит.

— Хотите кого-то воспитывать? Воспитайте для начала своего сына. Научите своего воспитанного гения уборке, готовке и тому, что задницу подтирать он теперь должен тоже сам.

— А ты-то в доме тогда на что? Глазками хлопать, да ногти делать? Для себя готовишь и убираешь, и для мужа должна. Не обломишься. Ты где видела, чтобы мужик после работы на кухню бежал или полы мыл? Сериалов пересмотрела?

— А мне некогда было сериалы смотреть — я вашего сына обслуживала, пока он на диване с телефоном лежал. После работы. Как и я. И его никто не просил делать всё за меня. Я просила его о помощи годами. Просто помочь. Разделить обязанности пополам.

— Да что ты за баба такая, которой на кухне помощь нужна? — вспылила свекровь, а затем мерзко так ухмыльнулась и, кивнув, продолжила. — Теперь понятно, в кого твои дети такими уродились…

— Так, всё, — выдохнула я устало. Она хотела ляпнуть что-то ещё, но я мягко подхватила её под локоть. Развернула к двери, открыла её и выпроводила брыкающую свекровь за порог. Казалось, она до конца не верила в то, что я действительно выставляю её за дверь. — Всего доброго. Это я тоже заберу, — я взяла из её руки ключи от квартиры. Димины. — Ещё раз явитесь ко мне с подобными разговорами, я и на вас заявление напишу. Не поленюсь.