Книга Сорок оттенков свободы, страница 48 – Диана Эванс

Мы лежали в темноте, обнявшись и я слушала его дыхание, чувствовала его тепло и думала о том, что завтра придёт Алина. Завтра я увижу свою дочь и я не буду прятаться и оправдываться. Я просто буду собой.

— Завтра важный день, — сказал Максим, будто прочитав мои мысли.

— Важный.

— Ты волнуешься?

— Немного.

— Я рядом.

— Я знаю. Это помогает.

Он прижал меня крепче, и я уткнулась носом ему в грудь, вдыхая знакомый запах.

— Спи, — сказал он.

— Сейчас. Я просто хочу ещё немного побыть здесь.

— Здесь — это где?

— В твоих руках.

Он не ответил. Просто держал меня. И я чувствовала, что это самое безопасное место на земле.

Глава 26

Утром я проснулась от того, что солнце светило прямо в глаза. Я потянулась, чувствуя приятную тяжесть в теле, и улыбнулась, вспомнив прошлую ночь.

Максима рядом не было. Но на подушке лежала записка: «Уехал по делам, вернусь к обеду. Твой завтрак на столе. Целую. М».

Я взяла записку, прижала к губам и улыбнулась. Он писал «твой завтрак». Не «завтрак на столе». «Твой».

Я встала, накинула халат и пошла на кухню. На столе стояла тарелка с фруктами, стакан свежевыжатого сока и маленькая ваза с одной белой розой. Моей любимой.

Я села за стол, чувствуя, как внутри разливается тепло. Я никогда не была так счастлива. Никогда.

После завтрака я приняла душ, оделась. Выбрала легкое летнее платье с цветочным принтом. Я купила его на прошлой неделе, но не решалась надеть. Слишком смело и заметно. Сегодня я его надела.

Я посмотрела на себя в зеркало. Короткие волосы, яркие губы, платье в цветах. Женщина в зеркале улыбалась мне.

В дверь позвонили ровно в два. Я подошла к двери, глубоко вздохнула и открыла.

Алина стояла на пороге. С ней был Олег — высокий, загорелый, в светлой рубашке. Он держал в руках букет цветов.

— Мам, — сказала Алина.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Я знала, что она видит — новую стрижку, платье, новый взгляд. Она видела меня настоящую.

— Проходите, — сказала я. — Я вас заждалась.

Мы стояли в прихожей, глядя друг на друга. Алина была в джинсах и белой футболке, с лёгким макияжем, с распущенными волосами. Она была красивой.

— Мам, ты… — она не могла подобрать слова.

— Что?

— Ты такая красивая. Я тебя никогда такой не видела.

— Я сама себя такой не видела.

Она шагнула ко мне и крепко обняла. Я чувствовала, как её плечи дрожат и как она пытается сдержать слёзы.

— Прости меня, — прошептала она. — За свадьбу и за всё.

— Тш-ш-ш, — я гладила её по спине. — Всё хорошо.

— Нет, не хорошо. Я была ужасна. Я стыдилась тебя и боялась, что ты испортишь мою свадьбу. А ты просто хотела быть счастливой.

— Я уже счастлива.

Она отстранилась, посмотрела на меня заплаканными глазами.

— Правда?

— Правда.

Олег стоял в стороне, смущённо переминаясь с ноги на ногу.

— Вера Сергеевна, — сказал он. — Это вам.

Он протянул букет — белые розы, мои любимые.

— Спасибо, Олег, — я взяла цветы. — Вы очень добры.

— Мы… мы хотим извиниться, — сказал он. — За то, что так вышло. — Ты здесь ни при чём, — сказала я. — Проходите, я приготовила обед.

Мы прошли на кухню. Я поставила розы в вазу, налила чай, достала пирог — тот самый, который пекла вчера вечером, пока ждала Максима.

— Твой любимый, — сказала я, ставя тарелку перед Алиной. — С вишней.