Книга Непокорная для Мажора, страница 42 – Анюта Васильева

Жестоко?

Да, согласна. Но мы неумолимо взрослеем, а когда нам делать глупости, если не сейчас. Пока ещё успеваем…

Возможно с моей стороны прозвучит это грубо, но мне таких высокомерных выскочек совсем не жалко.

Ну хорошо, не совсем мы чокнутые! Паники будет много, но любой более-менее опытный мастер быстро поймёт что это, и скажет девушке о том, что краска сама по себе полностью смоется через две недели. Хотя, допускаю что с белых волос немного позднее…

Никто не спешит угощаться с «Барского стола» И не потому что стесняются. По цепочке все узнали о том за кого нас тут принимают.

— Так, кто ещё не угадывал? — Лёша Цыбин в нашем классе самый активный, и видя то, как все наши напряглись, он первый решил разрядить обстановку.

— Я не угадывала.

— Точно, Машух, ты же у нас ещё осталась! — закрываю глаза и мне на лоб клеится стикер.

— Это живое?

— Да, — звучит с разных сторон.

— Я животное?

— Нет!

— Человек?

— Да!

Мне сейчас безумно сложно. Арслан по собственнически обнял меня за талию и можно сказать, спиною увалил на себя.

Мои однакласники в ступоре, хотя видно, они стараются отвлечься. А мне всё равно, совершенно это не нравится.

Сердце Арслана бьётся размеренно и очень сильно, я не только чувствовала его, но, кажется, даже слышала его стук.

— Я актриса?

— Нет, — говорит Тимофей. — Ребят, давайте сразу упростим? — получив одобрения, Тим говорит мне, что я, литературный персонаж.

— Ага! Я женщина?

— Да.

— Молодая?

— Не очень.

— Так! Я положительный герой? Я вообще главный или второстепенный герой.

— Девчонки, подсказывайте что-ли. — Лёша обратился к Эльзе с Каролиной. Девушки только переводили взгляд с меня на Алексея и обратно.

— Я что-то припоминаю, но… — говорит Эльза.

— А кто это вообще? — вполне серьёзно спрашивает блондинка.

— Ну, это человек, который приближен и к нашим и к вашим. — говорит Настя.

— В смысле?

— Ну, внешне, как мы, нищеброды! — поясняет Толик, — а капитал у неё, побольше чем у кого бы то ни было из здесь присутствующих.

— Старуха-процентщица, — говорю уверенным голосом, снимая со лба жёлтый стикер.

— Так, вы и есть нищеброды! — замираю в руках Арслана. Поворачиваю голову в его сторону, а он продолжает тем же спокойным голосом. — Чего вы уставились на меня? Вы болезненно отреагировали на высказывание тупой овечки у которой все шмотки из секонд-хенда. Значит вы приняли это на свой счёт.

— С чего ты взял, что нас это задело? — на диалог пока решился только Игорь. Думаю ему придаёт уверенность поддержка брата. Хотя не исключаю что они с арсланом были в одной компании. Игорь например был на день рождения Алекса, раз Арслан его друг, значит и он там был тоже.

— Потому что вы подняли эту тему, вместо того чтобы проигнорировать. И не смотря на то, что вам всем по восемнадцать лет. Вы все ещё дети. Каждый из вас желая продемонстрировать своё упрямство отказывается от угощения, хотя глаза у всех голодные.

Каждое слово Мамаева попадало в цель, и от этого становилось особо неприятно каждому из нас.

Мы все понимали, говоря про наши голодные глаза, Арслан имел ввиду те экзотические закуски, которые, многие из нас видят впервые. В нашем классе нет малоимущих. Но и детей меценатов тоже нету. Поэтому, разумеется, ребятам хочется всё это попробовать. А вот мне как-то не хорошо, и ничего не хочется.