Книга Продана миллиардерам, страница 7 – Адалин Черно, Tommy Glub

— Я ничего не понимаю… — шепчу я, качая головой.

— Ну что тебе не понятно? — хмыкает один из мужчин, наклоняя голову и издевательски выгибает бровь. — Ты продана.

— Нам, — добавляет второй, что сидит у моих ног.

— Это шутки такие?

Наверное, это все какой-то глупый розыгрыш...

— Ну какие шутки? Ты что, не слышала? У твоего мужа был долг. А ты… единственное ценное, что он мог нам предложить.

— И мы согласились.

— Да-да, согласились. Так что снимай это дешевое шмотье. Уверен, под ним все куда интереснее, — он дергает за лямку платье и оно падает на диван, оголяя грудь в тонком лифчике без пушапа. Мужчина сразу поднимает руку и двумя пальцами обводит вокруг мой сосок сквозь тонкое красное кружево. Ткань немного неприятно ощущается им, оттого он сразу же набухает. Я сглатываю, видя как напрягается мужчина передо мной.

— Снова откинешься, или все же будешь послушной крошкой?

* * *

Девочки, у нас произошел апгрейд, мы убрали пролог и сделали из него 3-ю главу, чтобы повествование шло плавно. Надеемся, вы разберетесь😘😘

Я задыхаюсь от паники и глотков плотного воздуха гостевого номера.

— Послушайте, это … какое-то недоразумение, — шепчу, пятясь к двери. Пальцы соскальзывают с холодной ручки.

Один из мужчин, лениво прислонившись к подоконнику, резко выпрямляется. В голубых глазах вспыхивает ледяной гнев.

— Недоразумение? — произносит он, будто пробует слово на вкус. — Мы тебя ждали целые сутки, крошка. «Недоразумение» — это скорее твой муженек.

Я вскидываю подбородок, цепляюсь взглядом за далекие огни за окном. Боже… Как страшно…

— Муж… он… должно быть, объяснил вам не все. Я… я не в курсе его долгов, я не давала согласия…

— Конечно, не давала, — усмехается другой мужчина и одним шагом сокращает расстояние. — Так мы тебе расскажем. Да, Саша?

Он кивает другу. Тот отрывается от окна, проходит мимо меня, легко задевая плечом. Искра жара пробегает по коже. И усаживается на край низкого дивана. Переплетает пальцы, словно собираясь с мыслями.

— Твой благоверный пришел в «Корону», это казино нашего хорошего друга, — ровно, безжалостно начинает он. — Выпил «для храбрости», сел за стол, подкинул ставки, взял еще для везения. Проиграл все, что было. Когда охрана притащила его к нам, этот герой напоминал мокрую тряпку. Что-то вякал, пытался оправдаться…

Другой мужчина бросает на меня короткий взгляд — темный, тяжелый. Я вдруг понимаю, что если все правда, то они могли бы и не говорить ничего… Но… Они все же видят, наверное, что я в полном шоке.

— Он умолял, — продолжает мужчина с голубыми глазами, — ползал на коленях, визжал, чтобы мы «дали время». Я тогда пошутил: «Может, жену в залог оставишь?» Думал, он врежет или плюнет в лицо.

У него дрожит уголок губ в усмешке. Меня пробивают ледяные мурашки.

— А он ухмыльнулся, — заканчивает за друга мужчина немного дальше от меня. — Так и сказал: «Без проблем. Скажете, куда привезти».

Удар. Словно пощечина.

Мир сужается до одной мысли. Он продал меня не сомневаясь ни на миг.

— Понимаешь теперь? — спрашивает Саша. — Мы не пытаемся ничего взять того, что нам не принадлежит. Он проиграл достойную сумму именно нам, потому что играл он в нашу смену… Так сказать.

Слова режут воздух. Я стою, будто вывернутая наизнанку, и чувствую, как внутри что-то ломается, но вместо крика поднимается усталая, покалывающая злость. Я тянусь к бутылке виски на столе — руки почти не дрожат. Саша молча наливает мне. Глоток обжигает горло, сжигает обиду, дает смелость. Ну и к черту.