Книга Есть такая вероятность, страница 9 – Юлия Устинова

Я усмехаюсь. И сам так думал. Мне и региональный управляющий заливал, что наверху все уже решено. А тут…

— Вот нафига нам новая метла? — Олеся возмущается.

— Стервоза такая, — зло шепчет Вика. — Мы и без нее нормально работали!

Я стискиваю зубы.

Мне неприятно за Надю.

Она профессионал — двадцать лет в торговле, в “МегаТех” пришла рядовым продавцом. Возможно, перфекционистка. И, возможно, я уже просто к ней необъективен, но мне тоже интересно, почему она тут.

И что-то мне подсказывает, что Надя не снимает парней в барах для разового перепиха. Либо это просто какой-то разрыв шаблона.

Загадочная… И это цепляет.

— Вот-вот! — подхватывают в один голос девушки. — Она временно или как?

— Или как.

Надеюсь.

Утолив любопытство, девушки оставляют меня в покое.

Холодное зимнее солнце поблескивает в витринах, где стоят телефоны. Это зона ответственности Савельева, вместо которого я меняю ценники. Там меня и находит мой дед.

— Здоров, Мить! — зычно приветствует, смахивая перчатками снег со своей дубленки. — Акман-Тукман какой, а?! Я еле дошел! Думал, эти, как их, снегоступы уже выписывать на валберисе придется.

— Привет, дед, — здороваюсь с ним за руку. — Ты немного не вовремя сегодня. У меня тут с утра уже жопа в мыле.

— А что стряслось? — тревожится дед. — Тебя, что… — на шепот переходит, — в продавцы разжаловали? — замечает, что на мне футболка продавца.

— А-а. Нет. Снег чистил, вспотел. Там еще кидать и кидать. Грейдер нам парковку завалил.

— Так давай лопату-то! Подсоблю! — высморкавшись в платок, предлагает дед.

Приношу ему лопату. Потому что знаю — спорить с ним бесполезно.

— Это наш дворник, да? — ко мне Надя подходит, заметив, как дед выходит через раздвижные двери. — Попроси, чтобы потом зашел ко мне.

— Нет, Надь, это не дворник. Это дед мой.

— Дед? — опешив, переспрашивает. — А почему твой дед чистит у нас снег?

— Помочь решил. Он тут рядом живет. Заходит иногда, — объясняю. Надя со смесью любопытства и загадочности меня разглядывает, и я по приколу спрашиваю: — А что нельзя?

— Нет. Все в порядке. В таком случае, когда он закончит, пожалуйста, ко мне его пригласи.

— Зачем? — на губах ее залипаю.

Таких… мягких, нежных.

Вспоминаю, как целовал их, и заново шалею. Волнение ту же ударяет под дых и распадается горячими искрами внизу живота.

— Предложу чай. Поблагодарю.

— Меня поблагодари, — даже не осознаю, как ближе шагаю и наклоняюсь. — Я передам.

— Дим, ты забываешься, — Надя меня одергивает.

— Да как такое забудешь? — закусываю щеку изнутри, чтобы не так широко улыбаться.

— Дим… — тоже пытаясь скрыть улыбку, тупит взгляд.

— Все. Извини, — перехожу на более нейтральный тон. — Хорошо. Передам. Зайдет.

— Мы тоже потом с тобой пообщаемся, ладно? — смотрит предупреждающе.

Я сразу сдуваюсь.

Понимаю, что за разговор у нас будет.

— Я знаю, что ты скажешь.

— Да? — она с прищуром меня изучает.

— Догадываюсь, — киваю.

— Тем лучше.

— И для кого? — тоже не мигая смотрю на нее.

Кто бы мне два дня назад сказал, что не просто буду пускать слюни на свою конкурентку, но и всю свою эмпатию к ее ногам положу, я бы просто поржал и покрутил пальцем у виска.

Наваждение какое-то, но нравится она мне, как едва ли кто-то когда-то. И очень хочется узнать получше эту горячую, знойную, южную женщину.