Книга Есть такая вероятность, страница 81 – Юлия Устинова

— Лудоман?

— Да хер его знает, — с досадой вздыхает Дима.

— Мне он сразу не понравился.

— Я с ним сам порешаю, Надь. И, если выяснится, что это он крысит, я его уволю.

— Уволишь? — уточняю. — Не по собственному?

— Я столько раз его жопу прикрывал. И перед прежним диром и перед тобой. Но вот так ссать людям в глаза, что у тебя больная мать, — Дима хмурится. — Всему есть предел.

И это совсем не тот Лядов, с которым я начинала тут работать. Тот Дима был готов выгораживать приятелей, а этот — нет, этот другой, этот строг, но справедлив. И, разумеется, он засиделся в замах.

— Хорошо, я не буду вмешиваться. Все-таки это твой коллектив. По статье — так по статье. Подпишу, что надо.

— Надь, чё началось-то? — ему не нравится то, что я говорю. — В смысле — мой?

— В смысле… Делай, что считаешь нужным. Я тебе полностью доверяю.

И надо бы сказать, что мне вообще тут делать нечего. И весной, если все получится с новой должностью, я уеду домой. Он станет директором, как и должно было быть. Антон уже в курсе.

Конечно, надо сказать. И я скажу. Только не сегодня.

Дима

Дед сегодня расстарался на славу.

Запеченный судак тает во рту. Но гурманка-Надя не устает петь дифирамбы тартару на хрустящей гренке.

— Федор Иванович, вы шеф от бога! Второй раз пробуй ваш тартар, и он снова лучший!

Дед весь сияет от похвалы, кивая на меня:

— Ну в прошлый раз Митя почти сам приготовил.

— Не рассказывайте мне, как он готовил! — смеется Надя.

— Да сама же видела, — отражаю в свою защиту.

— Я видела, как ты мне пыль в глаза пускаешь, Дима!

С сомнением кошусь на блюдо из рубленой говядины.

Я к тартару всегда с опаской относился. Ну, типа, сырое мясо. Но, глядя на то, с каким удовольствием Вавилова ест его, начинаю думать, что я что-то упускаю.

— Неужели так вкусно? — спрашиваю, когда дед отлучается на кухню.

— Обалденно, — постанывает, прикрывая глаза. — Тартар — это как секс без защиты, Дим, — шепчет. — Очень приятно, но может быть опасно, если не соблюдать осторожность и быть неразборчивым.

У меня уже очень давно не было незащищенного секса. По ранней молодости как-то дурил, и то с проверенными девочками. Пока не узнал, что один знакомый плюсанул. С того времени, как отрезало.

Но вот смотрю на Надю… С ней бы, да, с ней хочу.

— Попробовать, что ли? — советуюсь, глядя на ее губы. — Я про мясо, — уточняю по приколу.

— Давай я за тобой поухаживаю, — она берет гренку, выкладывает на нее закуску и подносит к моему рту.

Я откусываю. Жую.

— Ну как? — спрашивает.

— На вкус как… как сырое мясо, — толком не прожевав, проглатываю и запиваю водой.

Ну такое. Не думаю, что я что-то упустил. То есть, если мне заплатят, то я поем, а так — извините.

— Ничего ты не понимаешь! — огорчается Надя.

— В колбасных обрезках? — пока деда нет, облапываю ее бедра под столом, протиснув между ними ладонь и ухватившись за внутреннюю часть. — Я больше по вот этой филешке.

— Да, — устало вздохнув, отпихивает мою руку. — Заняться собой надо.

Глаза у Нади уже осоловевшие, щеки немного покраснели, и я предвкушаю продолжение вечера у нее дома.

Поддатая Надя — тот еще эротический квест. Чтобы заставить ее кончить, придется попотеть. Зато она готова на все.

— Я сам тобой займусь, — обещаю. — И все у тебя огонь, — вино ей обновляю.