Книга Я тебя не хочу, страница 233 – Елена Тодорова

— Безуспешно? Только ты так думаешь.

— Только я? — повторяя, фыркает. — Ну-ну! Невероятно! Разве что только я тебя знаю!

Не снимаю взгляда с трассы. Не смотрю на Шмидт. Не смотрю.

Выставив локоть в окно, с плохо скрываемой нервозностью постукиваю пальцами по губам.

— Может, и только ты, — роняю приглушенно.

И столько этих «только»… Не счесть.

Игра идет хреново. Нет, победу мы, естественно, вырываем. Но сами ощущения в процессе… Буксую, стоит лишь поднять взгляд на трибуну. Пока окаменевшие мышцы рассекает судорогами, все внутренние системы сбоят. Шмидт же… Она, мать вашу, вообще не вникает в происходящее. Ни разу на поле взгляда не направляет. Не смотрит на меня. Какую-то жалкую книжонку читает! Ответно ставлю ее в режим игнора, когда разбухшее от долбаной обиды эго разворачивает бунт. А если, блядь, совсем честно, то лишь тогда, когда моими взглядами на трибуну начинает интересоваться Тоха. Никому ведь не говорю, что Шмидт со мной. К такому я точно не готов.

— Мне показалось, или ты болела за Чару? — предъявляю ведьме, как только оказываемся снова вдвоем в машине.

Она морщит нос и в принципе смотрит на меня, выражая гребаное сомнение относительно моих умственных способностей.

— Откуда такие выводы?

Оттуда, что я, сука, поймал их за разговором после игры.

Как понять, зачем этот чертов джентльмен обхаживал мою, блядь, служанку, пока я приводил себя в порядок? Вышел он гораздо раньше, и все это время трещал с ней? О чем???

— Кто-то надрывно вопил с вашего сектора «Чара!». Не ты?

— Нет, не я.

И все? А дальше?

Кусаю губы. Подворачиваю язык. Имел бы возможность, скрутил бы его в узел!

Увы, блядь.

Выпаливаю без шанса оставаться похуистом:

— Так и о чем вы разговаривали после игры?

— Не волнуйся, не о тебе.

— С-с-сука… — протягиваю вслух. Из-за чего злюсь на себя. Скрежещу зубами, и все же толкаю: — Ты можешь нормально ответить?

Она смотрит на меня то ли с удивлением, то с чертовым подозрением.

— И чего ты буйствуешь, сатана?

— Я задал вопрос, — давлю сердито.

Шмидт качает головой и утыкается вновь в свою книжку. Только сейчас замечаю, что это не книжка вовсе. Тот самый дневник из прошлого.

Зачем она его читает?

Обмозговать не успеваю, так как Фиалка уводит мои мысли в другую степь.

— Артем сказал, что в последние выходные лета у него на даче планируется какое-то там веселье… Мм-м, вроде как туса в узком кругу… Звал присоединиться… Типа хочет меня со всеми познакомить… Хм, будто я вас, дураков, не знаю…

За ребрами подпекает. И дело не в том, что она назвала нас дураками. А в том, что я не хочу ее видеть среди этих дураков. С Прокурором непонятно, но Тоха с Чарой точно свободны.

Что если кто-то из них реально понравится Фиалке? Способна ли она, допустим, влюбиться?

Пережевав эту мысль, чувствую, как по телу разливается жидким огнем жар.

— Ну и нечего тебе там делать, Шмидт, — высекаю свирепо.

Она, естественно, тут же принимает мои слова в штыки.

— Почему это? — снова фыркает как кошка. — За меня решаешь? — еще более возмущенно. — Может, я как-то сама справлюсь?

Я прикладываю все усилия, чтобы не отвечать ей в том же тоне. Посремся же! Хер потом урегулируешь!

На какое-то время в салоне воцаряется тишина.

Лия читает, шумно листая страницы. Я управляю чертовым автомобилем.