Книга Чужие под одной фамилией, страница 53 – Александра Новикова

Она улыбалась...

И наверное, это всё-таки, стоило всех проблем разом. Усталость резко накрыла, и закрыв глаза я моментально вырубился.

— Бля-я-я, — простонал я.

Будильник заорал так резко, что я едва не слетел с кровати, стараясь поднять телефон с пола. Пока я боролся с будильником, с боку послышался недовольный стон. Выключив это орудие пыток, я перевернулся и уставился на Нику, ну точнее на груду одеяла, внутри которой она пряталась. Ника полностью украла с меня одеяло и зарылась в него с головой, скрываясь от шума.

Пару секунд я просто смотрел. Картина была настолько… не моя, что мозг подвис. Потёр лицо ладонями стараясь хоть немного проснуться. Вообще, я не планировал вставать в такую рань, мне было плевать на школу, и эти ебучие уроки. Но Ника — не я, и лишать её нормального аттестата и шанса выбраться из этого города я не имел права.

— Ника, просыпайся, — голос вышел хриплым после сна.

Ноль реакции.

— Подъём, мы так опоздаем, — аккуратно потряс её за плечо сквозь толстое одеяло.

— М-м-м… — Ника застонала громче и ещё глубже зарылась в одеяло.

Я завис.

А как тебя разбудить то?

Меня будили либо криками, либо ударами, но ни один из этих вариантов здесь явно не подходил. Потряс её увереннее.

— Ника, — сказал я громче, но всё равно не грубо. — Вставай.

Одеяло зашевелилось, и на свет явилась растрёпанная голова. Глаза зажмурены, волосы в разные стороны, лицо сонное — и всё равно чертовски красивое.

— Мгх… — глухо пробормотала она, едва приоткрыв один глаз. — Сделаешь горелки?

— Кого? — не понял я.

— Ну те... — она уткнулась в подушку и зевнула. — Ты вчера готовил.

— Гренки, — автоматически подсказал.

— Да, — кивнула Ника. — Гренки.

И, как будто это всё объясняло, снова попыталась спрятаться под одеяло.

— Серьёзно? — переспросил, не до конца веря в то, что слышу. — Это первое, о чём ты подумала утром?

— Угу, пожалуйста, — донеслось из-под ткани. — Было вкусно.

Было вкусно...

Всего два слова, но меня накрыло. Как же приятно было это услышать, особенно от Ники.

— С колбасой? — спросил я, улыбаясь как придурок.

— Да, — подтвердил "сугроб" из одеяла.

— Ладно, — сдался я. — Давай поднимайся потихоньку.

Она недовольно вздохнула, а я напоследок легонько потрепал её по плечу сквозь одеяло, как кого-то очень упрямого и очень сонного.

— Пять минут, — пробормотала она.

— Хорошо, — усмехнулся, и встав с постели пошёл в ванную, умылся, почистил зубы и уже более бодрым потопал на кухню.

Включил тусклый свет, достал хлеб, молоко, колбасу и яйца. Пока доставал продукты из холодильника, всё ещё ловил себя на том, что улыбаюсь. Это бесило, и одновременно грело. Мне было… приятно. Просто, потому что ей понравилось, потому что она это запомнила, потому что из всех возможных запросов утром она попросила меня приготовить завтрак.

Она попросила МЕНЯ…

Гренки подрумянились вовремя. Когда я раскладывал их по тарелкам, в дверях появилась Ника. В пижаме всё ещё сонная, с волосами, собранными кое-как. Она зевнула, прикрыв рот ладонью, и остановилась, словно не сразу поняла, где находится.

— Доброе утро, — усмехнулся я, ставя тарелки на стол.

— Доброе, — пробормотала она, на ощупь усаживаясь на стул.

— Не стоило вчера до двенадцати смотреть твоих импровизаторов, — сказал я, откусывая жаренную колбасу.