Книга Большой секрет Анаит, страница 50 – Диана Рымарь

— Привет… — проговорила она тихонько.

— Проходи… те, — только и смог он выдавить из своего резко пересохшего горла.

Дима наблюдал за тем, как двое приятелей и любовь всей его жизни топали в зал, и ему вдруг стало дико неловко за свою квартиру. Кому понравится потрепанный старый диван, обшарпанные обои в дурацкий цветок, паркет со щелями на стыках? Явно не Ани, привыкшей к роскоши. Они с матерью жили небогато — и это еще мягко сказано.

Однако Ани будто не замечала убогой обстановки, смотрела лишь на него, и как смотрела! Грустно, даже тоскливо. Его широкая душа не могла вынести такого ее взгляда.

— Ани, пойдем в спальню, поговорим? — попросил он.

Оставил друзей в гостиной и потянул Котенка за собой.

Как только закрыл дверь, очень ласково спросил:

— Скажи, почему ты пришла посреди ночи, что случилось?

— Я сбежала из дома, — неожиданно призналась она.

В ее глазах был такой страх, какого Дима за два года ни разу не видел. А уж он насмотрелся всяких выражений на ее лице. Ведь только и делал, что питался ее эмоциями — всеми без исключения. Ради них и спешил в школу. Недаром у него в выпускном классе была рекордная посещаемость.

— Сбежала и пришла ко мне? — спросил он настороженно.

— Ты… — Ани замялась, а потом все же выдала: — Ты серьезно тогда говорил? Когда провожал после вечеринки…

— Что именно? — Дима задышал чаще.

Очень хотелось прочесть мысли, жаль, он не обладал такой способностью.

— Ну… Про поступать вместе, жениться и все такое… — Она сказала это и отвернулась, будто стесняясь.

Дима замер, наконец сообразив, почему из всех мест на земле она выбрала его квартиру, пришла именно к нему, когда сбежала из дома. В висках застучало, в голове загудело. Это что же, она готова принять его предложение?

— Ани, я обалдеть как серьезно! — тут же выдал Дима.

Пусть знает, что Димка Соболев — мужик, если дает какие-то обещания, то всегда держит слово.

Но если она почти согласна, это что же… Это получается, ее можно обнять? От такой перспективы аж вспотели ладони. Он тут же шагнул к Ани, обхватил ее руками и прижал к себе, как бы показывая — ты моя, если хочешь ею быть.

Она позволила себя обнять, даже обхватила шею Димы, словно отвечая на его действия. Потом положила голову ему на плечо. Тихо проговорила:

— Только у меня проблема…

И стала выкладывать ему совершенно невероятную историю про какого-то дядю, предложение, жаловалась на отца.

— Если бы я осталась в его доме, он нашел бы способ убедить меня, но я не хочу выходить за дядю Ваграма…

— А за меня хочешь? — тут же уточнил Дима, чтобы быть уверенным на сто процентов.

Она замялась, посмотрела на него исподлобья и вдруг призналась:

— Очень… Только я не понимаю, почему ты сделал мне предложение. Это из-за того, что мы спали?

Дима подвис, решая, как бы признаться ей в том, что и так должно было быть для нее очевидным. А потом плюнул и сказал все как есть:

— Потому что я тебя люблю, глупая. Давно, сильно…

— Правда? — И она еще крепче к нему прижалась, как-то доверчиво даже.

Доверилась ему! Подумать только. До чего приятно, аж захотелось кричать.

Но папаша у нее, конечно, гнида. У Димы от истории Анаит аж в зобу дыхание сперло.

— Твой предок обалдел, если решил выдать тебя замуж за кого попало, — сказал он с чувством. — Нет, мы не позволим такому случиться. Ани, ты ничего не бойся. Документы взяла?