Книга Свадьба (не) состоится, страница 47 – Диана Рымарь

— Есть еще кое-что, – сказала она тихо. – Но это очень личное и мне сложно с тобой об этом говорить…

Бывшая невеста все бубнила себе под нос, а Левон тем временем жадно разглядывал ее фигуру. Этой девчонке определенно есть что показать! Только теперь он заметил, что Кира поправилась. Она и раньше была вау, но теперь… Это же не фигура, а как минимум эталон. Грудь увеличилась, нижние девяносто тоже, а вот талия осталась такая же тонкая.

Раньше Лебедева казалась ему чересчур стройной, хоть и нравилась в любом виде, но теперь тут определенно было за что подержаться.

Левон аж сглотнул, представляя, сколько удовольствия получит, заново изучая ее изгибы. При таком раскладе зачем ему слова Киры? Он вполне обойдется ее обалденным телом.

— В общем, я хочу сказать тебе кое-что очень важное, но не знаю, как ты отреагируешь… – проговорила она и закусила губу. – Это касается тебя и меня. Четыре месяца назад я…

Наконец Левон не выдержал, перебил ее самым наглым образом:

— Довольно слов! Давай переходить к делу. Ты ведь за этим пришла?

И, не дожидаясь ответа, он рванулся к ней, схватил обалдевшую Киру за плечи и смял ее губы в жестком, требовательном поцелуе.

В этом поцелуе совсем не было нежности. Но нежности в их отношениях в принципе больше нет места. Он не ублажать ее сюда приехал. Он приехал брать.

Едва Левон почувствовал, что Кира поддается ему, пускает его язык в рот, он совсем слетел с катушек. Одной рукой крепко ее обнял, чтобы не надумала отстраниться. Вторую тут же запустил в ее декольте. Забрался под серую ткань униформы и обхватил ладонью самое сокровенное, мягкое, нежное. Представил, как трепетно сейчас бьется ее сердце. Даже будто почувствовал его вибрацию.

Раньше он обожал это ни с чем не сравнимое удовольствие, каждый вечер по сто раз трогал Киру так. Ему нравилось чувствовать биение ее сердца. Кира говорила, что оно так стучит из-за него, и это были лучшие слова в мире.

Левон жадно продолжал ее целовать, как вдруг почувствовал, что ладонь, которую держал под платьем, намочила теплая жидкость непонятного происхождения.

Обалдел.

Резко выдернул руку из декольте Киры. Выпустил бывшую невесту из объятий и ошарашенным взглядом уставился на ладонь. На коже виднелось что-то прозрачно-белесое.

— Что это такое? – спросил он охрипшим голосом. – Ты больна?

— Это молоко, Левон! – воскликнула Кира.

— Молоко? – Он непонимающе уставился на нее. – То есть как это молоко?

Откуда? Оно ведь так просто не появляется! Раз есть молоко, значит… есть младенец?! У Левона никак не укладывалось в голове, что малышка Кира стала мамой. Когда успела?

И почему, черт подери, она смотрит на него волком? Что он ей плохого сделал? Ничего, что она сама не хотела бы.

— Я сюда за этим и пришла! – возмутилась Кира.

Подскочила с дивана, прикрылась руками, хотя непонятно, зачем, ведь по-прежнему была одета.

А потом паршивка вообще ощетинилась, прямо как кошка, и продолжила шипеть на Левона:

— Я думала, мы нормально поговорим… А ты с поцелуями! Фу!

Она показательно вытерла рот.

Левон задышал чаще, взгляд его потяжелел.

— Что плохого в моих поцелуях? Ты сама на них отвечала!

Кира на секунду замялась, потом упрямо топнула ногой:

— Неправда! И не смей ко мне больше лезть, понял? Я родила дочь! Я это пришла тебе сказать… Все!