Книга Свадьба (не) состоится, страница 133 – Диана Рымарь

Неужели Кира не видела, насколько ей повезло с Левоном? Слепая.

«И что Левон в ней нашел такого особенного?» – мелькнула мысль.

Девушка симпатичная, это да. Вышла лицом и фигурой. Но таких море. Не видел Баграт в ней той изюминки, которая делает женщину по-настоящему привлекательной.

Сестра ее еще ладно – та интереснее будет, хотя бегает от него как от огня.

Есть в ней нечто такое, запоминающееся. Огромные глаза, удивительной формы губы, красивые ноги. Но ведь молодая еще совсем. Баграта совершенно не интересовали девушки ее возраста, ему надо кого поопытнее, чтобы знала, что с мужчиной в спальне делать. Сколько Милане? Девятнадцать? В таком возрасте надо еще в куклы играть, а не по постелям скакать и детей без отцов рожать. Так и надавал бы по заднице…

Впрочем, его занесло не туда. Ему работать надо, а не крутить мысли о сестре Киры.

Его задачей было помочь брату. Вот и помог. Уж теперь у них все наверняка наладится… А Милана и ее ребенок – это не его забота.

Этим вечером Кира шла домой с гудящей головой.

Целый день ее не отпускали мысли после разговора с братьями Саркисян. И так вертела в мозгу слова Баграта и эдак. И чем больше вертела, тем сильнее злилась.

«Тебе самой от этого хорошо? Или не любишь?» – долбили сознание брошенные им вопросы.

В том-то и дело, что не было ей хорошо после того, как разругалась с Левоном, и именно потому что любила!

У них только-только начали налаживаться отношения, и Кира, грешным делом, пустила в сердце мысль – может, правда изменился, может, стоит дать второй шанс. Стоило так подумать, и тут эта выходка с Пантелеевым, а потом контрольный выстрел в виде невесты.

Она третий день никак не могла прийти в себя после признания Левона.

Нет, ну каков нахал! Значит, ей даже в кино нельзя сходить без того, чтобы он не устроил сцену, а ему при этом можно спокойно оставаться помолвленным.

Где в этой жизни справедливость?

Умом она, конечно, все понимала. Баграт прав: Левон, скорее всего, не стал бы разводить пиететы с невестой, заподозри он ее в измене. И с Кирой не повел бы себя так жестоко год назад, если бы не тот глупый случай в Питере.

Она все понимала, да. А сердце все равно заходилось от обиды и требовало возмездия. Хоть какого-то. Хоть малюсенького.

Душу немного грело, что Левон отстаивал ее перед родней и даже подговорил братьев, чтобы попытались ее переубедить. Значит, ему не все равно на нее и ее чувства.

Но… Но.

Мог бы и раньше сказать про невесту! Мог? Вполне. Мог бы год назад снизойти до объяснений, прежде чем выпроваживать ее с чемоданами. Мог? Еще как! Он вообще все мог, а сделал то, что сделал.

«Представь себя на его месте», – увещевал ее сегодня Баграт.

А она и представляла! Много раз. Но ни в одном из самых мрачных сценариев не поступила бы с Левоном так же. Она не стала бы делать поспешных выводов, все перепроверила бы, откровенно с ним поговорила вместо показательного разрыва.

Что Левон о себе думает? Что может выделывать какие угодно фортели, а она как послушная овечка будет все сносить и прощать? Фигушки с маслицем он угадал, не станет она это терпеть. И никакие его родственники не убедят ее в обратном.

Кира заходила в подъезд, все еще кипя негодованием. Ее не остудил даже холодный зимний ветер. Ей не терпелось поговорить с сестрой, поделиться чувствами после встречи с братьями Левона. Уж она-то ее поймет, поддержит.