Книга Я на тебе (не) женюсь, страница 123 – Диана Рымарь

Красноречивее некуда…

А он вообще хоть задался вопросом – ей хочется с ним говорить или нет? Сто процентов ему это даже в голову не пришло.

Попроси он: «Эва, зайди, пожалуйста» – она, может быть, еще и подумала бы. Но вежливый тон это не про Саркисяна.

«Нет», – ответила она просто.

И тогда Артур вышел сам. Жестким взглядом окинул кабинет, двинулся сразу к ней.

Эве даже на миг показалось – сейчас схватит ее за локоть и потащит к себе силой. Но, слава богу, обошлось без этого.

Он подошел к ее рабочему столу, наклонился и проговорил тихо:

— Эвелина, озвучьте сроки, пожалуйста.

— Какие сроки? – Она даже не сразу поняла, о чем он.

— Сроки, в течение которых вы собираетесь вернуться на предыдущее место жительства. День? Два? Хочу заметить, что два – это крайний срок.

«О как…» – пропыхтела она про себя.

Внутри проснулась такая злость, что захотелось прямо сейчас воспользоваться его советом и все-таки дать ему по мордасам. Аж ладонь зачесалась.

Его величество, видите ли, ставит ей сроки, в течение которых она должна к нему вернуться.

— Нет, – ответила она твердо.

Посмотрела на Артура строго.

— Да что ты заладила со своим «нет»… – тихо прошипел он.

С полминуты помолчал, буравя ее взглядом.

А потом вдруг кивнул, видно что-то для себя решив. Сказал совсем неприветливо:

— Ладно, собирайтесь, Эвелина, подвезу вас до дома… Нового.

— Не нужно, я сама, – ответила она как могла сдержанно.

— Это не обсуждается, – покачал он головой. – Я сделаю пару звонков и освобожусь. Через пятнадцать минут будьте готовы.

На этом он развернулся и ушел в свой кабинет.

Но Эва и не думала ждать.

Она выключила компьютер, подхватила сумочку и позорно сбежала.

Немного поплутав в незнакомом районе, Эва все же нашла нужный подъезд. Зашла в квартиру, которая пока еще была для нее чужой. И тут же вспомнила – продуктов-то нет. Полочки на кухне абсолютно пустые, а желудок уже урчал от голода.

Она тяжело вздохнула, некстати вспомнила про Артура. Ведь все то время, пока она с ним жила, закупка продуктов была его святой обязанностью, которую он выполнял на отлично. А ей говорил: «Нечего тебе беременной ходить с тяжелыми сумками».

Казалось бы, они прожили вместе всего чуть, но она очень к нему привыкла. И отвыкать будет больно.

Стоило ей вспомнить об Артуре что-то хорошее, как на телефон прилетело сообщение: «Думаешь, я, как собака, буду за тобой бегать? Я тебе не пудель, ясно? Дрессировке не поддаюсь».

Видно, это его ответ на ее побег.

Щеки Эвы мгновенно окрасил румянец.

«Он что думает, я его дрессирую?» – охнула она про себя.

Но ведь она никогда не пыталась его дрессировать или вообще как-то им манипулировать. Считала это гадким. Похоже, Артур совсем ее не знал.

Будь она ему хоть сколько-нибудь дорога, уж наверное он потрудился бы узнать ее как человека и не стал бы отправлять обидные эсэмэски. Кстати, и разговаривал бы с ней утром по-другому. Проявил бы хоть немного чуткости.

Если бы была дорога. Но она не дорога ему. Ребенок – да, развлечения в постели – еще как, а сама Эва – и близко нет.

Да, пусть Кулаков и наговорил Артуру про Эву всяких гадостей. Но что ему стоило проверить данные? Не проверил, потому что не посчитал нужным. Зачем? Видно, ему было удобно считать Эву шлюхой, и вел он себя с ней соответственно. И теперь он считает себя правым, а ее – виноватой за то, что хотела к себе человеческого отношения.