Книга Моя (не)любимая бывшая, страница 70 – Диана Рымарь

Зато сейчас он есть. Один поход к Барсегу в номер — и ребенок в наличии. К добру или к худу, но факт.

— Прости меня, малыш… — тихо шепчу.

Сказала гадость про него папаше.

Пусть Барсег своими высокомерными речами взбесил меня до крайности, но слова я сказала о ребенке ужасные.

А впрочем…

Я же не говорила Барсегу, что буду делать аборт, так? Я всего лишь сказала, что не буду рожать ему. Он не заслужил! Пусть ему рожают невесты, которых ему мамочка подыскивает, а я не обязана. Я себе рожу, а не ему.

Вместе мы с малышом заживем…

А ведь Барсег узнает!

И что?

Что он может мне сделать?

Рожать ребенка от такого мужчины — то еще испытание. Он ведь не отстанет!

Блин, вот только чуточку улучшилось настроение — и снова в пучину расстройства и слез…

Я кое-как встаю с дивана, чувствую отчаянное урчание в животе.

Подхожу к пакету с едой, принюхиваюсь и понимаю — там явно что-то стухло. Балда, надо было убрать добро в холодильник. Но я этого не сделала. Теперь это нельзя есть.

А впрочем, что мне мешает прогуляться?

Проветрюсь, заодно и мысли проветрю тоже. Дойду до кафе, выберу что-то вкусное, съем, авось полегчает. Но сначала в аптеку. Раз уж решилась, надо подкупить медикаментов.

Я переодеваюсь в джинсы, свитер. Беру сумочку, надеваю пуховик.

Спускаюсь, ежусь от зимнего ветра, когда выхожу на улицу. Там уже успело стемнеть и изрядно похолодать.

Спешно шагаю до аптеки — она всего в квартале от дома. Покупаю необходимое, чтобы уже раз и навсегда решить для себя вопрос, что мне дальше делать. С таблетками я значительно увереннее себя чувствую.

А когда выхожу из аптеки, вдруг наталкиваюсь на какого-то амбала, который берет меня под руку.

Обалдеваю от такой наглости.

— Отпустите! — пищу не своим голосом.

А он и не думает этого делать. Больше того, к нему присоединяется второй амбал. Они подхватывают меня с обеих сторон и несут к затонированному джипу, который припаркован в нескольких метрах.

Всего несколько секунд — и я оказываюсь запиханной внутрь.

Забыв о всякой осторожности, я кидаюсь к двери, хочу заверещать на всю улицу.

И вдруг слышу громоподобный голос амбала под номером один:

— Снежана Ивановна, нам велено доставить вас в целости и сохранности, не усложняйте нам задачу, пожалуйста.

— Кем велено? — тихо спрашиваю.

— Барсегом Артуровичем, — следует недвусмысленный ответ.

Он меня похитил!

Барсег

Я вышагиваю по двору, напряженно вслушиваюсь в гул движения автомобилей. В частном коттеджном поселке, где я снял двухэтажный дом, движение более чем спокойное, почти нет проезжающих мимо, на въезде охрана. И все же иногда слышу шум работающего мотора.

Все жду, жду…

Когда же ее привезут.

Ежусь от морозного ветра и все равно не ухожу в дом, продолжаю вглядываться в освещенную фонарями ночную улицу.

Хочу увидеть Снежану в ту же секунду, когда мои люди ее доставят.

Я все понимаю.

Наши отношения превратились в такое дерьмище, что их уже ничто не исправит. Уж конечно, я не улучшаю их, отправив за ней телохранителей.

Но будь я проклят, она вынудила меня сделать этот шаг!

Не позволю… Не допущу, чтобы из-за глупой гордости или бабской дурости она пошла на аборт.

Она его не сделает!

Я ей не дам…

Не позволю, и все тут.

И если Снежана думает по-другому, то она плохо меня знает.