Книга Жестокий развод, страница 121 – Диана Рымарь

На этой ноте мне хочется бросить трубку.

— Лен, замолчи, а… Мне тебе по губам сейчас хочется надавать, честное слово! Ребенок — не нагулыш. Это маленький человечек, который ни в чем не виноват!

— Ага, скажи еще, что ты его полюбила, — фырчит недовольством Ленка. — Считай меня кем угодно, но я бы ничего, кроме брезгливости и неприязни, к плоду измены не испытала бы.

Да, наверное, я должна бы ненавидеть маленького Дана. Ведь он — причина, по которой муж со мной развелся. Но вот какое дело — не могу я его ненавидеть.

Он так похож на Даниэля…

Честно сказать, мне было очень интересно посмотреть на малыша. Чего уж там, втайне я надеялась, что вдруг родится какой-нибудь совсем непохожий, и я пойму, что Даниэль — не отец. Допустим, какой-то там китайчонок, или черненький, или вообще блондин. Тогда можно было бы поставить под сомнение отцовство моего бывшего мужа, сделать ДНК-тест. Но маленький Дан — копия папочка. Те же длинные черные ресницы, вьющиеся черные волосы. Даже линия роста волос на голове и то похожа.

Мне больно осознавать, что они — как две капли воды. В то же время я не могу ненавидеть маленькое продолжение Даниэля.

К тому же, паренек премиленький. У меня вызывает уважение, как он цепляется за жизнь.

Мягкий, теплый комочек, который хочется оберегать. Ведь он совсем не виноват в том, как и при каких условиях родители его сделали.

— Ты чего затихла? — ворчит в трубку Ленка. — Обиделась, что ли? Я не хотела быть резкой. Просто мне дико слушать, что он смеет звонить тебе и звать посредине ночи помогать с ребенком!

А оно, может, со стороны так и кажется, вот только…

— Лен, я сама ему предложила приехать, он не просил.

— С чего вдруг? Пожалела?

Я не могу сказать, что мной двигала только жалость.

Если уж на то пошло, я ведь совсем не обязана была брать трубку. И множество раз я игнорировала звонки Даниэля. Однако в этот раз взяла, как будто почувствовала, что ему плохо. Как будто интуиция подсказала.

А потом, когда он начал вываливать на меня свои новости, я остро ощутила, что нужна ему. И все во мне отозвалось… Я не смогла остаться в стороне.

Развелись больше двух месяцев назад! Столько друг другу наговорили, поставили на отношениях крест, станцевали на похоронах. И вот поди ж ты, я до сих пор чувствую ту самую связь между нами, как будто мы родные и близкие.

К тому же я уверена, что если бы сама ему позвонила хоть в час ночи, хоть в три утра, то он тут же прискакал бы. Как это вообще работает?

— Лен, я не хочу перед тобой оправдываться, зачем ездила к Даниэлю. Я — взрослая девочка и сама в состоянии решать, — отвечаю ей твердым голосом.

На этом кладу трубку.

Мне попросту не хочется объяснять подруге свои истинные эмоции и мотивы.

Неожиданно понимаю, что я вообще больше не хочу обсуждать случившееся с кем бы то ни было. Мне не нужно, чтобы кто-то совал нос в мое самое сокровенное. И без Лены в наши отношения кто только ни полез. Родители Даниэля, проклятущая Зара, моя мать… Все полезли, все грязными сапогами натоптали, все высказали свое мнение.

А результат какой?

Результат — это маленький недоношенный мальчишка, который, по ходу дела, не нужен собственной матери. Потерянный Даниэль, который не знает толком, что с этим мальчишкой делать. И я… Беременная, одинокая, пытающаяся построить новую жизнь на руинах прошлой.