Книга Измена. Ошибка, которую нельзя простить, страница 40 – Анна Царская

— Я не хочу больше ничего обсуждать. После всего, что я сегодня видела и слышала? Ты серьёзно думаешь, что можно просто поехать домой и сделать вид, что ничего не произошло?

— Ничего и не произошло! - Он делает ещё шаг ко мне, в его голосе появляются властные нотки. - Ты же сама слышала - я прекратил эти отношения.

Слишком поздно. Слишком чертовски поздно.

— Да, слышала. Внимательно слушала ту часть, где ты обсуждаешь нашу семейную жизнь с любовницей.

— Полина, хватит. Не при ней. - Ростислав от злости сжимает челюсти.

— А когда мне можно говорить о наших проблемах? Дома ты вечно занят, на людях, нужно изображать идеальную семью. Может быть, квартира твоей любовницы самое подходящее место?

— Она не моя любовница.

— Ну конечно. - Соглашаюсь с горькой усмешкой. - Забыла. Она твой "хороший друг", просто Зайка с работы.

Света, которая до этого молчала, вдруг взрывается:

— Хватит! - Кричит она, её лицо искажено злостью. - Хватит делать из себя жертву! Ты сама во всём виновата.

Что-то во мне ломается. Не от её слов, а оттого, что в них есть доля правды.

— Света. - Голос Ростислава звучит как удар жёсткого хлыста. - Заткнись.

— Нет! - Она не останавливается. - Пусть знает правду! Ты думаешь, он не рассказывал мне, как ты его игнорируешь? Как делаешь вид, что его нет?

— Света, я сказал, заткнись. Если не закроешь своё грязный рот, сам тебя заткну. - Ростислав подходит к ней вплотную, его голос становится опасно тихим.

— Пусть говорит. - Вмешиваюсь. - Пусть расскажет всё, что ты ей рассказывал про меня.

Мне почти всё равно. Почти.

— Да! - Света поворачивается ко мне, её глаза горят злобой. - Хочешь знать правду? Он приходил ко мне, потому что дома его никто не ждал! Потому что ты превратилась в ледяную статую, которая только умеет упрекать и критиковать!

— Света! - Ростислав хватает её за руку. - Немедленно прекрати.

— Отпусти меня! - Она вырывается. - Я устала молчать! Устала смотреть, как эта... эта принцесса изображает страдалицу!

— Ещё одно слово, и ты вылетишь из компании сегодня же.

Света замирает, но в её взгляде всё ещё пылает ненависть.

— Полина. - Ростислав поворачивается ко мне, его лицо напряжено. - Поедем. Поговорим дома.

— Нет, не поеду с тобой никуда.

— Что значит нет?

— Это значит, что я устала, Ростислав. Устала от вранья, от недомолвок, оттого, что меня обсуждают за моей спиной.

— Я никого не обманывал...

— Правда? - Я достаю телефон. - Тогда, что это. - Обвожу рукой вокруг. - Как давно ты снимаешь квартиру?

— Эта служебная квартира предназначена для сотрудников. - Он начинает терять терпение.

— Ничего? - Света вдруг смеётся истерично. - Ростислав, неужели ты думаешь, что она поверит? После всех тех ночей, когда...

— Заткнись. - Рычит он, поворачиваясь к ней. - Заткнись, или клянусь, ты пожалеешь.

В его голосе столько холодной ярости, что Света отступает.

— Полина. - Он снова обращается ко мне, пытаясь взять себя в руки. - Да, я приезжал сюда. Да, мы говорили.

— Значит у вас были дружеские посиделки? Обсуждали погоду и пили чай?

— Мне нужно было место, где можно побыть одному, подумать. У меня сложная работа, иногда нуждаюсь в тишине и покое.

— Ах вот как. Значит, я виновата. Я довела тебя до того, что пришлось искать убежище.

— Я такого не говорил...