Книга Лилии для Эмилии, страница 17 – Екатерина Мордвинцева

Может, Ленка права? Может, я настолько привыкла всё контролировать, что не могу принять подарок судьбы, не попытавшись его просчитать? Может, в этом и есть моя проблема — я боюсь неизвестности, боюсь потерять контроль, боюсь, что если пустить что-то в свою жизнь без предварительного анализа, это разрушит ту хрупкую гармонию, которую я выстроила.

Я взяла телефон, открыла галерею и нашла вчерашнее фото — я сделала селфи в лавандовом платье перед зеркалом, когда собиралась в ресторан. Посмотрела на себя: глаза горят, губы тронуты улыбкой, волосы распущены. Та Эмилия, которая была готова на авантюру. Которая почти решилась.

Куда она делась сегодня? Зарылась в рабочие эскизы и образцы, спряталась за списки бывших и сомнения?

Я убрала телефон, встала, подошла к окну. Дождь барабанил по стеклу, заливал двор, превращая его в зеркальную гладь с отражениями фонарей. Весна в этом городе была капризной, но именно за это её любили — она никогда не была предсказуемой.

Может, и мне стоит быть чуть менее предсказуемой?

Я вернулась к столу, взяла карточку с надписью «Эти — для смелости» и перечитала её в десятый раз. Потом открыла ноутбук, нашла в закладках сайт ресторана «Весенняя терраса» и посмотрела меню, фото залов, отзывы. Красиво. Дорого. Романтично.

Я представила, что было бы, если бы я вчера вошла. Свет, музыка, запах цветов. За столиком — мужчина, который встаёт при моём появлении. Кто он? Я не знаю. Но в этом «не знаю» было что-то освобождающее. Не нужно готовиться, не нужно играть роль, не нужно быть идеальной. Можно просто быть собой.

Может, он даст мне ещё один шанс.

Я закрыла ноутбук, собрала вещи, выключила свет. На прощание посмотрела на лилии. Завтра они, возможно, начнут вянуть, но сегодня они были прекрасны.

Выходя из студии, я заметила, что на коврике у двери лежит маленький конверт. Я нагнулась, подняла. Внутри оказалась карточка, такая же, как вчера, с тем же почерком:

«Завтра. 19:00. Тот же ресторан. Не заставляйте меня ждать снова».

Я прижала карточку к груди и, кажется, улыбнулась. Впервые за весь этот долгий, серый, полный сомнений день.

Не заставлю, подумала я. Завтра я приду.

Следующие сутки я прожила в состоянии, которое лучше всего описывалось словом «подвешенность». Как будто я не шла по земле, а парила в нескольких сантиметрах над ней, чувствуя под ногами вместо твёрдой опоры зыбкий весенний воздух. Всё, что я делала — работала, ела, разговаривала с клиентами по телефону, — казалось мне чем-то второстепенным, фоном, за которым скрывалось главное.

А главное должно было случиться сегодня.

Я проснулась в семь утра, хотя будильник стоял на восемь, и долго лежала, глядя в потолок. За окном снова светило солнце — мартовское, яркое, но ещё не тёплое. Его лучи падали на пол, на стены, на тот самый букет лилий, который всё ещё стоял на обеденном столе. Цветы начали увядать: края лепестков чуть пожелтели, аромат стал менее резким, более горьковатым. Я должна была их выбросить, но рука не поднималась. Они были частью этой истории, и пока они стояли здесь, история не заканчивалась.

Я встала, налила кофе, включила музыку. Обычный утренний ритуал, но сегодня каждое движение давалось с трудом, потому что мысли всё время возвращались к вечеру. К ресторану. К тому, кто меня там ждёт. К фразе на карточке: «Приходи, если готова узнать правду».