Книга Будешь моей игрушкой, страница 73 – Мари Дион

Смотрела на неё и не верила глазам. Прообнимались мы с ней до середины ночи. Сказала, что жизни без папы не представляет и любит сильнее некуда. А поняла это только сейчас. Когда появилась угроза его потерять.

Мама долго вспоминала приятные моменты с папой, в основном весёлые. И мы вместе с ней тихонечко смеялись сквозь слезы.

Не знаю как, но сегодня чувствую переполняющую меня любовь к обоим родителям, а не только к папе. На душе от этого намного теплее стало.

Поднимаюсь и иду умываться. Родители уже сидят на кухне и о чем то тихо беседуют. Наверно мама так и не смогла уснуть. Хотя я ей предлагала выпить снотворное как папа.

Быстро умываюсь и иду к ним.

— Доброе утро! — как можно более позитивно приветствую родителей.

— Доброе дочка! — хором выдают они.

Мы дружно улыбаемся теплыми улыбками. Сердце просто щемит от осознания того, что это может быть в последний раз. Вот так, утром, мы приветствуем друг друга.

Отгоняю эти мысли. Все будет с папой хорошо! Как мантру повторяю себе.

Мы с мамой пьем кофе, а папа немного воды. Да и то под мамино ворчание.

— Доктор сказал на голодный желудок прибыть в больницу. Не пить и не есть, — ворчит мама на папу.

По привычке мы с папой переглядываемся, в поддержку от маминого ворчания.

— Всё, пора! — торжественно говорит папа.

Мы быстро собираемся и спускаемся к ожидающему нас такси. До больницы добираемся быстро. Провожаем папу в приемном покое.

Нас встречает врач который будет его вести.

— Операция назначена на десять часов. Едьте домой и ждите звонка. Мы вам позвоним после окончания операции.

Мама пытается упросить подождать тут, но врач непреклонен.

— Давай на улице около больницы ждать, — заявляет она.

Еле как уговорила её поехать домой.

Вернувшись домой мы с мамой как на иголках. Ничем заняться не получается. Все валится из рук и на телевизоре внимание не концентрируется.

— Мам, ложись поспи. Ведь всю ночь не спала. Прими снотворное и отдохни. Папе ты сильная нужна.

Пытаюсь её уговорить. Нехотя, но мама соглашается. Принимает принесенную мной таблетку и тут же на диване в гостинной прилегла.

— Я тут посплю. С тобой.

Понимаю что ей сейчас страшно оставаться одной. Да и мне тоже если честно. Я перед ней креплюсь, как она перед папой.

Нежно поглаживаю её по плечу и она под эти действия засыпает.

Лицо измученное. Бедненькая, сколько в себе все держала. Хоть бы поделилась. Вместе с поддержкой легче переносить трудные моменты.

Так и сижу рядом с мамой. Нервы не дают расслабиться. Все мысли там, с папой.

И когда, я уже сама собиралась набрать оставленный нам номер врачом мамин телефон зазвонил.

— Алло, — дрожащим голосом отвечаю на манин телефон, сама.

Мама резко подскочила и внимательно прислушивается что раздается из динамика мне в ухо.

— Операция прошла успешно. Сейчас Андрей Сергеевич в послеоперационной реанимации. К вечеру при положительной динамике переведём в обычную палату, — говорит безразличным голосом девушка.

— Слава Богу, — выдыхаю я. — Когда его можно будет навестить?

— Завтра с одиннадцати до часу дня. До свидания.

Слышу короткие гудки. Я даже не успела спросить, что папе можно привезти. Всё таки медработники странные люди.

Пересказываю всё маме, не находящей себе места.

— И это всё? — возмущённо восклицает она.