Книга Заложница Иуды, страница 85 – Игорь Толич

— Заткнись, — велел я. — И, если не можешь, чем занять свой рот, используй его для других, более полезных вещей.

Фрида опустилась на колени передо мной, отшвырнув в сторону полотенце. Я закрыл глаза, наслаждаясь моментом короткой передышки. На сей раз глупая девка быстро послушалась и поняла, что от неё требуется. Десять минут удовольствия в её исполнении, пожалуй, стоили того, чтобы потерпеть присутствие Фриды со всеми её идиоскими закидонами.

— Но я всё-таки должна сказать, señor... — запричитала она, когда я уже застёгивал ширинку после эротической паузы. — Мне кажется, я знаю, почему Себастьян не отвечает на звонки...

— Ну? — я лениво открыл глаза.

— Думаю... эта сука... эта американская дрянь... она потребовала у Алехандро наказать Себастьяна.

— Что?.. — я сначала удивился, а потом захохотал. — Ты, оказывается, совсем идиотка, Фрида! Чтобы мужчина из Familia de la Sangre, Hijo de Judas, слушал какую-то белобрысую гринго?! Как тебе это вообще в голову пришло?!

— Но это правда! — всхлипнула Фрида. — Я клянусь, señor! Она стояла там, когда меня выкидывали с яхты! И улыбалась! Это была её идея!

Я перестал смеяться. Посмотрел на неё внимательнее.

— Ты хочешь сказать, — задумчиво произнёс я, — что Евангелина Райт могла стравить Алехандро и Себастьяна?

— Sí, señor! Она управляет Алехандро. Она его околдовала! Por la sombra del Iudas! (* — «Клянусь тенью Иуды!», прим. авт.). Она ведьма! Она его держит за яйца! Он забыл обо всех ради неё!

— Значит, ты не настолько уж хороша, как я думал, когда подарил тебя Алехандро, раз сама не смогла околдовать мужика так, чтобы он на других баб не засматривался, — усмехнулся я и оттолкнул её прочь ногой от своего кресла. — Ты должна была присматривать за ним, тупая ты сука. Держать между своих ног, чтобы он не совался, куда не следует. А теперь что? Блеешь мне о белой потаскухе и жалуешься, что тебя вышвырнули? Так тебе и надо, дура.

Я снова её пнул, на этот раз посильнее. Фрида шарахнулась в испуге, забилась в угол и захныкала. Тошно было глядеть на это малиновое убожество.

— Принеси мне кофе, — приказал ей, чтобы она ненадолго скрылась с моих глаз. — Живее, Фрида. Хоть это ты сможешь сделать нормально?

— Sí, señor, — пролепетала она, поднялась на ноги и, дрожа, поплелась исполнять веленное.

— Алехандро! — Евангелина вырвалась на палубу, глаза её метались безумно.

Матео едва успел схватить её за руку, не дав подбежать ближе. Я обжёг парня взглядом, и он сразу понял, что нужно делать.

— Эва, пожалуйста, пойдём! Здесь тебе нельзя находиться! — умолял он, пытаясь увести её назад.

— Нет! Нет! — с отчаянным плачем она вырывалась, а Матео, видно, боялся причинить ей боль, потому хватал неумело. — Алехандро, не делай этого!

— Уведите её в каюту, — приказал я и кивнул Николасу, стоявшему рядом.

Тот шагнул к ней — и тут же получил звонкую пощёчину. Разумеется, ударить её в ответ Нико не мог: за такое у нас отрубают руку. Но он ловко и без лишней грубости скрутил кричащую девушку.

— Алехандро, посмотри на меня! — потребовала Евангелина.

Я невольно встретился с её глазами. Слёзы, страх, бешенство — всё это бушевало в её взгляде.

— Это тебя не касается, — стараясь говорить мягко, но твёрдо, заявил я. — Иди в каюту, Эва. Прошу тебя.