Книга Заложница Иуды, страница 69 – Игорь Толич

Я судорожно вцепилась пальцами в перила. Внизу, в каких-то нескольких метрах, бирюзовые волны мягко, но угрожающе бились о борт ослепительно-белой яхты. Я неплохо плавала, но сколько бы смогла продержаться в открытом море?..

— Прыгай, Иуда бы тебя побрал!

Холодный металл клинка уткнулся мне между лопаток. Ещё секунда — и острие вспороло бы кожу.

Но вдруг резкий визг прорезал воздух. Я инстинктивно подалась вперёд, спасаясь от опасности, но тут же сильная рука схватила меня за талию, не давая упасть за борт.

Снова визг — пронзительный, отчаянный.

Прежде чем я осознала происходящее, чьи-то крепкие руки стиснули моё тело, прижали к себе с такой свирепой силой, что стало больно... Но в ту же секунду страх отступил. Я была в безопасности.

Безопасность...

Вскинула взгляд.

Где-то рядом продолжала визжать Фрида. Я слышала её яростное чертыханье, ругань, угрозы. Но всё моё существо сосредоточилось на человеке, державшем меня в своих объятиях.

Алехандро. Алехандро Герреро.

Он был здесь. Он спас меня.

— Ты в порядке? — спросил он хрипло, глядя так, будто видел только меня одну. Его глаза опустились к моей шее. — Она тебя ранила...

Это был уже не вопрос. Это был рык зверя, сорвавшегося с цепи.

— Алехандро... — выдохнула я, не понимая, что хочу сказать.

Но Герреро уже отвёл от меня взгляд. Теперь он смотрел на Фриду, которую держали двое мужчин из Del Iudas Negro. В чёрных одеждах, с татуированными лицами без эмоций, они удерживали её. Фрида билась и визжала, но силы покинули её — перед этими людьми она была ничтожна.

Алехандро произнёс жёстко и мрачно:

— Pagarás con sangre. Que Iudas vea todo (* — «Ты заплатишь кровью. Пусть Иуда будет свидетелем», прим. авт.).

И в ту же секунду Фрида закричала, извиваясь, словно в неё вонзили нож.

Двое hijos de Judas поволокли её к краю палубы.

— Алехандро, что они делают?! — закричала я, уже догадываясь, что последует дальше.

— То, что она хотела сделать с тобой, — холодно ответил он.

— Нет! Нет! Прошу тебя! — я вцепилась в воротник его рубашки, заставляя посмотреть на меня. — Не убивай её! Пожалуйста!

— Эва... — его голос сорвался. — Так нельзя. Так неправильно...

— Пожалуйста! Она... она просто обезумела от боли! Пощади её, Алехандро!

Мужчины уже приподняли Фриду над перилами.

Герреро взмахнул рукой. Они замерли. Затем Фриду вновь опустили на палубу.

— В трюм, — скомандовал Алехандро.

И девушку тотчас потащили прочь.

Я прижалась лбом к его груди, наконец чувствуя, что могу свободно дышать.

— Спасибо... Она не заслуживает смерти...

— Она предала меня, — глухо ответил Алехандро. — А за предательство у нас плата одна — смерть. Iudas ve, Iudas da.

Он приподнял моё лицо за подбородок, заставляя снова смотреть в его глаза. Бездонные, завораживающие, чёрные, как ночное небо над пустыней Сонора.

— Пойдём, — коротко сказал он. — Нужно обработать твою рану.

— Всего лишь царапина... — тихо возразила я.

— Пойдём, — повторил он строже и потянул меня за собой.

Мы оказались в его каюте. Алехандро быстро принёс аптечку и аккуратно занялся моей шеей. Его движения были осторожны, почти нежны, и я ловила каждое его прикосновение. Боль исчезла — его руки лечили лучше всяких лекарств.

Потом Алехандро осмотрел мои ноги, намазал чем-то холодным, но перебинтовывать не стал.