Книга Лишняя в его семье, страница 87 – Диана Рымарь

— Еще спасибо мне скажешь, — отмахиваюсь от него.

Сама же здесь не остаюсь, вызываю такси и уезжаю. Не дай бог, Бабаяны решат свести счеты, жалкая семейка.

Тоня

Я наблюдаю затуманенным взором, как бывшая свекровь скрывается в двери за кулисами. За ней уже бегут два охранника, скорей всего они вышвырнут ее из ресторана, но…

Это уже не имеет никакого значения.

Змея впрыснула яд в воздух, тот загустел и отравил каждого жгучими подозрениями, жаждой расправы и ненавистью.

Ненавистью ко мне, разумеется.

Я все еще сижу за столом на месте невесты, но, кажется, любой из гостей готов броситься на меня и прогнать.

И больше никто не считает меня достойной.

Гул голосов нарастает, словно приближающийся шторм. Сначала тихие шепотки за соседними столиками:

— А я сразу подумала — слишком уж быстро после развода замуж вышла…

— Авантюру задумала…

— Ты слышал? Чужого ребенка за сына Алмаза пыталась выдать…

Не понимаю, отчего они все решили, будто я ношу именно мальчика.

Голоса становятся громче, наглее:

— Обманщица! — выкрикивает какая-то женщина.

— Гнать ее взашей! — вторит ей мужской бас.

— Расторгнуть брак немедленно!

Затем слышится резкий звук бьющегося стекла, будто кто-то швырнул бокал на пол.

Я могла бы встать, попытаться все объяснить, ведь изначально считала это паршивой идеей — скрыть правду про отца ребенка. Могла бы попытаться доказать, что не обманывала нового мужа, что была честна с самого начала. Не охотилась за деньгами, не пыталась найти для малыша нового папу побогаче да позаботливее.

Но ведь никто не станет слушать.

Я это понимаю, понимает моя мама, что сидит поодаль с лицом цвета застывшего воска. И Алмаз понимает тоже.

Сквозь пелену слез я вижу возвышающегося надо мной мужа, его искаженное гневом лицо. Скулы напряжены, глаза горят, а руки сжаты в кулаки.

С моих губ срывается тихий вскрик, а потом я зачем-то говорю:

— Я как знала, что она все мне испортит. Чувствовала… Еще после той стычки в кафе…

Алмаз хватает меня за плечи, рывком поднимает на ноги. Кружевные рукава платья трещат под его пальцами.

— Пойдем, — цедит он сквозь зубы и ведет через весь зал.

Прет, как ледокол, протискиваясь сквозь толпу родственников.

Гости нехотя расступаются, но я чувствую их жгучие взгляды на своей спине. Кто-то цокает языком с осуждением, кто-то шипит проклятия.

Вскоре мы оказываемся в маленькой вип-кабинке ресторана, где нет ничего, кроме пустого стола да пары стульев. Но мы не садимся — слишком взвинчены для этого.

Алмаз отпускает меня, возвышается надо мной и яростно хрипит:

— Объясни, как такое могло произойти! Что значит — ты знала? Что значит — чувствовала? Ты правда знала, что эта высохшая стерва придет поганить нам свадьбу? Может, ты эту ведьму сама сюда пригласила? Ты же занималась с матерью подбором ведущего!

Я слабо пытаюсь отбиться, пятясь к стене:

— Ты что, я не приглашала! Я бы никогда такого не сделала…

— Тогда что значили твои слова про то, что ты знала о ее замыслах? — Он делает угрожающий шаг в мою сторону.

— Я не так выразилась, просто предчувствовала и…

— Какого лешего ты мне про нее не сказала, Тоня? И что за стычка в кафе? Если бы ты мне выложила про проблемы с бывшей свекровью, я бы нанял людей, ее попросту не пустили бы!