Книга Красная Шапочка для Волкова, страница 76 – Вита Кросс

— Когда-нибудь я сожму её крепче, когда буду трахать тебя, Ксенька… — хриплю, чувствуя как кровь закипает.

— Убить меня хочешь? — рваный шёпот касается моего виска.

— Неееет. Заставить кончить так сильно, как никогда раньше.

Притягиваю её к себе за горло и наваливаюсь на её горячий рот. Мммм… Мой личный сорт героина…

Целовал бы и целовал, слушая ее тихие стоны, если бы не зазвонил чёртов телефон.

В слепую нашариваю его рукой и принимаю вызов, даже не отрываясь от моей малышки.

— Да?

— Вадь, привет, ты дома?

Голос бывшей как ушат холодной воды. Резко отрываюсь от Ксени, и отстраняюсь.

— Да. Но я занят.

— Я не займу много времени. Буквально на минутку.

Машинально встречаюсь глазами с Ксеней. Её возбужденное личико в секунду меняет оттенок, а сама она будто на километр ментально отдаляется.

Удерживаю её за руку, давая понять, чтобы даже не пыталась себе что-то придумать.

— Что ты хотела?

— Завести тебе кое-что. Я как раз в твоём районе.

— Я занят, Карина.

— Я услышала. Но я уже здесь. Открывай.

На последнем её слове в квартиру раздаётся звонок.

Твою ж мать…

Ксеня

Машинально напрягаюсь, потому что слышала каждое слово диалога Вадима с его женой.

— Ксень, я открою, а ты подожди здесь, хорошо?

Волков настороженно всматривается в моё лицо, пока я встаю с его колен и отхожу на пару шагов назад.

Хотите метод молниеносного антивозбуждения? Жена мужчины, в которого вы влюблены…

Чёрт, это даже звучит мерзко…

Поморщившись, подхожу к елке, нервно поправляя на ней игрушки, пока Вадим отправляется открывать дверь.

При звуке поворота замка сердце грозится поломать ребра.

— Привет, Вадь, — до меня долетает весёлый, звонкий женский голос.

Надо же, я почему-то ожидала, что он будет звучать старше.

— Привет, Карина, — отвечает прохладно Вадим, — что же тебя привело такое срочное?

— Да вот… Сегодня что-то на выпечку потянуло. С девчонками встречаемся, я решила испечь печенье, а его вышло очень много. Ты знаешь, я глютен не жалую, а ты вроде любишь всякие вкусняшки. Решила вот тебе завести, Вадь…

Её «Вадь» режет слух, как звук царапанья ножа по стеклу. Хочется зажать уши руками и не слышать.

Потому что оно слишком личное… Семейное такое… Особенное. И в тон свой эта женщина вкладывает тепло и заботу, от которой мне холодно становится.

В секунду понимаю, что я права была… его жена все ещё надеется быть с ним.

— С каких это пор ты готовишь? — выдирает меня из неприятных мыслей удивлённый голос Вадима.

— С недавних. Раз уж я скоро уйду в декрет, то надо быть готовой к тому, что малыш захочет домашней выпечки. А я хочу стать ему самой лучшей мамой, — звук шуршания пакета долетает до моих барабанные перепонок, — Ты вообще занят? Может чаю попьём, у меня ещё время есть.

— Да, я занят.

— Чем же? Неужели и двадцати минут для меня не найдёшь?

— Даже искать не буду. Спасибо, конечно, за печенье, но не стоило напрягаться. Нужно было отвести все подругам. Которые… Как я помню, также как и ты, не жалуют глютен.

Сглатываю, впиваясь пальцами в золотистые бусинки на елке. Похоже, эти печенья она пекла как повод увидеться с ним… Что ж… Разумно… Наверное…

— Вадь, ну что ты как не родной? Поговорим, расскажешь как т…, — не договорив, она вдруг резко замолкает, а потом спрашивает в миг изменившимся голосом, — Ты не один?