Книга Красная Шапочка для Волкова, страница 24 – Вита Кросс

Провожу пальцами внизу, под её грудью, а когда Ксеня прикрывает глаза, наконец трогаю её соски. Вздрагивает, как удара током и хватается за мои запястья.

— Вадим…

Испуганный взгляд устремляется в меня, но я кратко качаю головой.

— Не говори, что ты отступаешь, Ксеня! — хриплю, как наркоман, — мне казалось, ты не из пугливых.

Зацепивший меня при нашей встрече огонь, вспыхивает в её глазах, но тем не менее рук моих она не отпускает.

Так и держится, вцепившись пальцами в запястья, пока я медленно обвожу коричневые ореолы. Те скукоживаются ещё сильнее, по груди бегут мурашки.

Меня ведёт так сильно, что кажется, я впервые за многие годы готов просто спустить в штаны от того, что трогаю сорвавшую тормоза девчонку.

Ксеня вонзается зубами в свою нижнюю губу, и я хочу также.

За затылок притягиваю её к себе.

— Не бойся.

Замечаю, как расширяются её глаза, когда я набрасываюсь на сладкие губы. Толкаюсь сквозь них в жаркий рот и одной рукой мягко сжав грудь, вылизываю её язык. Тихий стон ударяется мне в глотку, а её ладошки утыкаются в грудь. Будто отталкивает, но я игнорирую.

Хочу, чтобы она узнала, что такое оргазм.

— Вадим, что ты делаешь? — шепчет, когда я отрываюсь и выглядя, вероятно, как умалишенный целую её ключицу. — Этого не было в задании.

— Не хочу больше играть.

— А что ты … ох!

Её рот округляется, а глаза наполняются паникой, когда мой язык оказывается на твердом соске.

Плохо…

— Тихо, не бойся! Секса не будет, я не трону тебя, обещаю! — горячо шепчу ей в рот, чтобы не вздумала бояться.

Это не та эмоция, которая мне от неё нужна.

— Просто сделаю тебе приятно.

Мысль о том, что после нашего расставания, девочка на всю жизнь запомнит меня, как первого, кто заставил её кончить, стягивает нервы в узлы.

Снова целую мягкие губки. На этот раз осторожнее. Шапочка, хоть и дерзкая, а всё же не пресыщена ласками. Возвращаю руки ей на грудь и обведя большими пальцами соски, легко их сжимаю.

Ксеня вздрагивает и снова стонет.

Даа… Рай для моих ушей!

Опускаю руку ниже, миную пупок и ныряю ей в штаны.

Вцепившись в меня пальцами, Ксеня напрягается всем телом, и отрывается, чтобы смотреть мне в глаза.

— Будет хорошо!

Не проникая в трусики, нащупываю чувствительный бугорок.

— Ты доводила себя сама до оргазма?

Сглатывает и кивает.

— Умница. А теперь это сделаю я.

Нажимаю на клитор и сквозь тонкий хлопок чувствую, как пальцы промокают от её влаги.

Твою мать!

Меня окатывает настоящей болью в паху. Хочу её до одури! Туда, в самую влажность, где узко и горячо!

Едва не воя, начинаю кружить поверх трусиков по её клитору. Одновременно с этим, целую её в губы, с ходу напористо, потому что чувствую, что её вот-вот и взорвёт от оргазма.

Дыхание сбивчивое. Ксеня, хоть и не понимает, а ногтями мне кожу на плечах вспарывает, тихо скулит, простреливая рваным дыханием мой рот. Изгибается, прижимаясь голой грудью к моей.

Дьявол! Это невыносимо! Перед глазами плывёт, я в кашу, а она в какой-то момент зажмуривается, прячет на моём плече лицо и содрогается всем телом.

Один раз, второй.

Перехватывает мою руку, отодвигая от себя и застывает, хватая ртом воздух.

Откидываю голову на диван, чувствуя, как кости трещат. Подожги меня сейчас и взорвусь.

— Хорошо тебе было?

Нежно глажу её по волосам, пытаясь уложить на себя, но Ксеня отстраняется. Пятит взгляд и тянется за моей футболкой.