Книга Спасибо за ночь, страница 66 – Юлия Гетта, Елена Рахманина

— Георгий Александрович, — произношу его имя-отчество дрожащим голосом, ощущая очередную волную возмущения, — давно ли вы решили, что я ваша комнатная собачонка, которой вы вправе отдавать команды?

Дышу через раз. Сжимаю кулаки с такой силой, будто намереваюсь пуститься в драку.

На лице Стрельца лишь на секунду проскальзывает некое смущение. Но длится эта эмоция недолго. Сменяет её ослиное упрямство. О чём свидетельствует стиснутая челюсть и губы, побелевшие от напряжения.

— Мария, можете называть это как угодно. Команда. Или приказ, — отвечает он с нажимом, — но сейчас вы пойдёте в номер и, как хорошая девочка, будете отдыхать перед очередным этапом конкурса. Разве не ради этого мы сюда приехали?

Манипулятор доморощенный.

Не знаю, что именно меня так завело. Но, разогревшись до состояния кипения, остановиться я была не в состоянии.

— Уже сомневаюсь в этом, — шиплю сквозь зубы, как ядовитая змея, и, разворачиваясь на каблуках, иду в совершенно обратном от приказанного направлении.

Куда глаза глядят. Как жаль, что яйца Рафа оказались недостаточно стальными, чтобы он мог найти в себе смелость противостоять моему шефу. Как жаль, что я мало встречала мужчин, способных сказать моему шефу нет.

Злость и обида разрослись до таких размеров, что желание участвовать в конкурсе и пополнить свои регалии новой победой померкло рядом с потребностью очутиться за тысячу километров от шефа. А лучше — на другой планете.

Ветер хлестал по щекам. Глупые слёзы лишь усугубляли ситуацию. Ловила на себе сочувственные взгляды прохожих. Спасибо, что никто не догадался подойти и спросить, с чем связано моё горе.

На город уже опустился вечер. И хотя я шла всего минут двадцать, поняла, что скоро могу забрести не в столь дружелюбный район.

Остановилась, оглядываясь. Наконец соображая, что удалилась на приличное расстояние от отеля. И даже не взяла с собой пиджак. На улице оказалось неожиданно холодно, и я зябко обняла себя за плечи.

— Надеюсь, ты успокоилась, — слышу рядом голос Стрельца.

Почему-то не сомневалась, что он остался в отеле. Что гордость ему бы не позволила идти за мной. Однако…

— Ты оставишь меня в покое? — оборачиваюсь, неловко вытирая слёзы.

Георгий тут же меняется в лице, подходя ко мне ближе. Рассматривает меня хмурым взглядом.

— Ты плакала? Тебе нельзя волноваться, — заявляет неожиданно.

Просто капитан, мать его, очевидность!

— Да что вы говорите, — передразниваю его интонации сдавленным голосом.

А дальше происходит необъяснимое.

Мы стоим посреди улицы. Мимо нас снуют люди. Туристы, жители города. Никому нет до нас особого дела.

Стрелец подходит вплотную и обхватывает своими широченными ладонями моё лицо, так, что губы складываются буквой «о».

— Какая же ты невыносимо упрямая, Шишкина. С тобой просто невозможно иметь дело. Неблагодарная вредная девчонка, — произносит эту тираду, почти касаясь своим носом моего, а я почему-то смотрю на его белоснежный оскал идеальных зубов. Прямо волк, соблазняющий Красную Шапочку.

А почему у тебя, бабушка, такой длинный… Ой.

Не о том думаешь, Шишкина!

— Неблагодарная? — фыркаю, пробуя оттолкнуть его, но вместо этого Стрелец лишь прижимает меня к себе, обхватив в кольцо своих рук и закрывая пиджаком от ветра. Оглянулась в поисках жандарма, намереваясь сдать шефа в ближайшее отделение за ересь. — Благородный рыцарь решил вывезти меня в Париж. Боже, буду век тебе благодарна за этот шанс. Такой благодарности ты от меня ожидал?