Книга Спасибо за ночь, страница 25 – Юлия Гетта, Елена Рахманина

— Маруська, ты ли это? — окликает меня знакомый голос, заставляя замедлиться.

Оборачиваюсь и вижу перед собой старого друга. Мёдов Матвей Михайлович. Или, как его называли в школе за недюжинные предпринимательские способности, ЭмЭмЭм.

— Мёдов, вау, безумно рада тебя видеть, — порывисто обнимаю одноклассника, с трудом узнавая в этом привлекательном породистом мужчине того долговязого парнишку с кривой улыбкой. Который учил меня целоваться, когда нам было по двенадцать лет. Хотя уверена, что до меня у него тоже отсутствовал практический опыт. Помидоры не в счёт.

— Ну, Маруся, вот это встреча, — берёт меня за руку, рассматривая, как диковинный экспонат.

Признаться, восхищение в его глазах мне приятно.

— Ты в Москве теперь обитаешь? — интересуется. — Думал, давно в Париж перебралась. Блин, хочу с тобой обо всём поговорить, но я тут с одной девицей.

На этих словах он так морщится, будто не знает, куда теперь деть свою зазнобу.

— Да без проблем, можем как-нибудь пересечься, — отвечаю, изучая экспонат из инстаграма, который он пригласил на ужин. Всё при ней. Сиськи, губы, брови. Наверное, что-то подобное нравится и Стрельцу.

— Дай мне свой номер. Ты вообще как, нормально? — участливо спрашивает, рассматривая меня цепким взглядом. И сейчас я вспоминаю в этом человеке того мальчика, с которым была дружна так много лет и с которым наши пути после школы разошлись.

— Да так себе на самом деле. Работу вот ищу. Кондитером, — тяжело вздыхаю, не видя смысла строить хорошую мину при плохой игре и рисовать из себя успешный успех, которого нет.

Вижу в его глазах активную мыслительную деятельность.

— Слушай, да это не проблема, я могу устроить тебя в любой ресторан Москвы. Только скажи, куда хочешь, — уверенно заявляет.

Стою, удивлённо моргая. Вот это да. Видимо, у Матвея дела действительно пошли в гору. Впрочем, у него «Ролексы» на запястье, говорящие вместо тысячи слов. Стоят больше, чем мой вклад в покупку квартиры.

— Мёдов, привет, — за ухом раздаётся твёрдый голос Стрельца. И от этой интонации почему-то становится не по себе. — Решил увести у меня Шишкину?

Очевидно, что Стрелец подразумевает свой ресторан. И ничего более.

Матвей улыбается моему шефу улыбкой человека, который знает, что они стоят на одной ступени социальной лестницы. И я даже позавидовала Мёдову и его уверенности в себе.

— Шишкину? — изгибает Мёдов бровь. — Вообще-то, в школе я был уверен, что Маруся когда-нибудь станет моей женой. И станет Марией Мёдовой. Неплохая фамилия для кондитера. Рад, что Маруся всё ещё Шишкина.

Я так и не обернулась, чтобы посмотреть на Георгия. Но каким-то магическим образом явственно ощущаю напряжение, исходящее от него. Оно медленно подкрадывалось ко мне, распространяясь электрическим покалыванием в воздухе.

— Фамилия Шишкина тоже для кондитера сойдёт, — отвечает ему Стрелец какую-то несусветную странность. И тут я не выдерживаю, оборачиваюсь к нему, чтобы понять, какие рептилоиды подменили моего шефа. И кого засунули в его личину.

— Как знать, как знать, — задумчиво произносит Мёдов.

— Рад был увидеть тебя, Матвей. Ещё пообщаемся, — безапелляционно прощается Стрелец с какой-то странной интонацией в голосе. Смутно похожей на угрозу.

Что это на него нашло?

Матвей кивает ему. Подмигивает мне. Всё в лучших традициях старшей школы, когда Матюха откачивал меня после очередного козла.